— Причём здесь «хочу — не хочу», когда пол-лимона зелени можно заработать не сходя с места?! Мне, кстати, такого не предлагают. И вам, я думаю, тоже. А он отказался… Я так думаю, что он уже тогда боялся чего-то. Подозревал.
— Что он мог подозревать?
— Что валить его будут. Он, кстати, знаете, как про себя любил говорить? То есть, любит… Я, говорит, парень не промах. Это другие по мне вечно промахиваются, а я всегда бью точно в цель. Его слова…
— Какое дело ему предлагали? И кто? Когда?
— Недавно. Месяц, может, назад.
Или три. А что за тема — я вам попозже точно скажу. Разузнать ещё кое-что надо. Проверить. Когда в следующий раз встретимся, я все точно скажу. Обещаю.
— Ну-ну…
— Честно!
Акулов не был удовлетворён результатом беседы. Можно было поспорить, что Валет побоялся наводить справки о происшествии среди знакомых бандитов, запомнил то, что случайно услышал, а остальное домыслил, отталкиваясь от собственного опыта и стимулируя фантазию «Портером».
— Кстати, может быть, в него случайно попали. Знаете, как это бывает…
— Не может.
— Да? Вы проверяли?
Андрей не ответил. Версия «ошибка в объекте» рассматривалась с самого начала, хотя лично он в неё совершенно не верил. Прошерстили весь дом, где проживал Громов, но никого, с кем можно было бы перепутать «афганца» по роду занятий, внешности или машине, не отыскали. Как среди жителей, так и среди возможных гостей.
— Его не перепутали, — медленно повторил Акулов и жёстко посмотрел в глаза Валета. — Сколько тебе нужно времени? Если в следующий раз ты снова попытаешься мне повесить лапшу…
— Ничего я не вешал…
— Если в следующий раз ты не сообщишь мне чего-нибудь дельного, то эта встреча будет последней.
Ты меня понял? Мы разбежимся, и выкарабкивайся дальше, как знаешь. — Акулов встал: — До свиданья!
Валет попрощался кивком и не пошёл закрывать за Акуловым дверь.
На пороге Андрей обернулся: Валет казался обиженным, обида вытеснила испуг, который был заметён в начале беседы."
"Спускаясь по лестнице, Акулов подумал, что такая перемена объясняется просто.
Не подготовившись к встрече, осведомитель боялся, что куратор изобличит его во враньё. Боялся, однако надеялся, что проскочит. Блеф не удался, и после разоблачения осталось только обижаться. Скорее всего, не на себя. Такие, как Валет, в своих бедах всегда винят окружающих. Потому и живут, если брать внешнюю сторону жизни, очень неплохо. Разве что мало.
С другой стороны, даже из сбивчивого рассказа Валета можно было извлечь рациональное зерно.
