Казалось, что из всех присутствующих на вечеринке её интересует только Акулов. Но не в плане знакомства и развития отношений, нет. У Андрея создалось впечатление, что она его изучает. Планомерно, последовательно. Как психоаналитик нового пациента. Как филателист редкую марку. Как он сам, бывало, оценивал подозреваемых, которые не торопились колоться и с которыми, как подсказывал опыт, предстояла большая возня. Взгляды, реплики… Это был не просто интерес к новому человеку в сплочённой, годами выверенной компании.
Кажется, она действительно имела какое-то отношение к практической психологии.
Акулов пожалел, что невнимательно слушал пояснения Маши. И начал рассказ:
— Я тогда работав «на земле», в 13-ом отделении. — Андрей сделал паузу, чтобы более тщательно подобрать слова для продолжения. «На земле» — означало в территориальном подразделении, низовой структуре криминальной милиции. Люди, собравшиеся на празднование дня рождения хозяйки квартиры, в подавляющем большинстве были далеки от «низкого ремесла» и ментовским жаргоном в своей речи не пользовались.
Хотя и понимали, благодаря сериалам и книгам, основные понятия. — В середине дня сообщили о нападении на магазин. Неизвестный мужчина, в плаще и маске… — Акулов точно не помнил, как был одет злоумышленник, но посчитал возможным приукрасить некоторые детали; впрочем, кроме плаща, ничего додумывать и не пришлось, — …наставил пистолет на продавщицу и выгреб кассу. В пересчёте на сегодняшние деньги — что-то порядка двух тысяч рублей. Выгреб и смылся. Девчонка бьётся в истерике, директор звонит нам.
Мы приезжаем…
— И начинаете «отшибать заявление»? — блеснул знакомством с газетными публикациями мужчина в клетчатом пиджаке.
— По разбоям заявления не отшибаются, — мгновенно парировал Акулов с тем же пренебрежительным видом, с каким «актёр», минуту назад, хмыкнул, и при этом почти не покривил душой. — Мы приезжаем и выясняем, что налётчик, перед тем, как взять кассу, долго наблюдал за продавцами с улицы, через витрину. Выжидал удобный момент. А чтобы замаскироваться, делал вид, что прогуливается с собакой.
И перед тем как войти в магазин, привязал собаку к водосточной трубе. А потом забыл её отвязать. Все, что нам оставалось, это потопать ногами, посвистеть и покричать: «Бобик, домой!» У квартиры преступника мы оказались раньше него самого…
— Он сопротивлялся?
— Пистолет оказался резиновым.
Кто-то за дальним от Акулова концом стола рассмеялся. Другие ограничились вежливыми улыбками и потянулись к напиткам.
