Машинально Андрей обхватил его обеими руками и встал как вкопанный, не соображая, почему он не чувствует боли и не видит крови.
Филер вылетел в переулок, где его уже ждало бежевое такси с распахнутой задней дверью. Головой вперед он нырнул в салон, и машина сорвалась с места, вильнула у светофора, обходя стоящие машины по встречному ряду, и скрылась, свернув налево.
Акулов медленно разжал пальцы.
– С тобой все в порядке? – остановился рядом запыхавшийся Волгин.
– Угу.
Длина ручки ножа, выполненной из черной пластмассы с удобными закруглениями для пальцев, составляла сантиметров шесть, лезвие – чуть длиннее, и хотя было оно остро заточенным, при общей небольшой массе оружия и корявом исполнении броска пробить джинсовую куртку оно не смогло.
– Отобрал?
– С неба упало.
Они постояли, восстанавливая дыхание и заново переживая, переоценивая случившееся.
– Да, облажались мы, – подвел итог Волгин. – Надо было не выпендриваться, собрать толпу и прежде, чем начинать гоношиться, обложить вокруг все как следует.
Тогда бы ни одна тварь не ушла.
– Конечно, надо было. Но ничего, мы об этом никому не расскажем.
– Обратно можно не торопиться. Того хмыря в «Москвиче» давно уже и след простыл… Смотри, это что валяется?
На земле чернели пластмассовые ножны. Акулов наклонился, поднял. Через ушко в нижней части ножен был продет разорванный шнурок из синтетического материала.
– На шее таскал. Видать, рванул слишком сильно, когда вытаскивал. Что ж, пригодится в нашем хозяйстве.
Возвращаясь, Волгин попытался отыскать отстреленную гильзу, но быстро отказался от этой затеи.
– Ну и черт с ней! Где-нибудь в траве валяется, не ползать же здесь до ночи.
Как и ожидалось, салатный драндулет стоял пустым. Убедившись в отсутствии свидетелей, Акулов камнем разбил боковое стекло и открыл дверь.
– Правильно, – одобрил Волгин. – Нанесем оргпреступности невосполнимый урон.
Машина была стерильно пуста. Уходя, наблюдатель прихватил даже пепельницу с окурками. Со злости Акулов распотрошил рулевую колонку и оборвал всю проводку, а также пропорол колеса, что офицера российской милиции, конечно, не красило.
Когда пришли в кабинет, Волгин запер дверь, достал из тайника пачку патронов и доложил один, вместо использованного, в магазин своего пистолета. Сообщать о стрельбе руководству он, естественно, ничего не стал.
Акулов разглядывал свой трофей:
– Хорошая штука. Ни один эксперт холодным оружием не признает, а человека зарезать запросто можно.
