– Макарова Анна Михаиловна, – прочитал Акулов в студенческом билете, единственной вещи, обнаруженной в карманах задержанной. – Четвертый курс педагогического института. Что готовишься преподавать, красавица?
– Русский язык и литературу.
– Неужели в школу пойдешь работать?"
"– Пойду.
– Однако…
Волгина в кабинете не было, он отправился в дежурную часть объявить сбежавшую «девятку» в розыск и доложить Катышеву о произведенной по машине стрельбе.
– Что ж тебя Леша-то бросил? Некрасиво как-то, неблагородно с его стороны.
Или в ваших кругах так принято? Ты, красавица, по-моему, не врубаешься, в какую историю влипла. Надо Кодекс показать, или заранее его изучила? Года на три твои шалости могут запросто потянуть, и это с учетом того, что в судах к женщинам относятся намного благосклоннее. Поверь мне, я знаю… Будет разговор или нет?
– О чем?
– Обо всем.
– Будет.
–Так говори тогда, чего время тянуть?
– Я в магазин пошла, хотела люстру присмотреть в свою комнату. Подходит парень, предлагает двести рублей заработать.
Сказал, что надо передать документы одному человеку, который их потерял. Я согласилась, ведь при моей стипендии две сотни – это деньги. Он дал мне бумажник, сказал, где состоится встреча. Я и пошла. А там вы налетели.
– А как этого парня зовут?
– Он не представлялся.
– И в машине ты с ним не сидела?
– В какой машине?
– В красной! Ты что, совсем тупая? Или меня за полного кретина считаешь? Ты с Лешей Сильным сидела в его тачке, когда мы с напарником мимо проходили.
Он еще вам капот пивом облил. Что, не помнишь?
Впервые на лице задержанной отразились эмоции. Недоумение. Словно маска, позволявшая Макаровой невозмутимо держаться, на секунду растаяла, обнажая истинные чувства. Она действительно недоумевала. Получается, при наблюдении за подъездом они с Алексеем вообще не обратили внимания на оперов, шатающихся в метре от них. Вот, оказывается, что значит профессионализм!
– Аня, я не хочу с тобой спорить и что-то тебе доказывать. Ситуация настолько простая, что проще просто не бывает.
Ты задержана при передаче предметов, которые были отобраны у потерпевшего преступным путем. Твоих подельников мы знаем и в самое ближайшее время возьмем. Может быть, их уже повязали – мы ж не вдвоем по этому делу работаем, полным отделом, и если дали твоему Леше возможность уехать, то, как ты сама понимаешь, не из-за того, что рот раззявили и задержать не смогли, а чтобы проследить и выявить всех остальных, причастных к этому делу.
