Возможно, ты это делаешь в последний раз.
– Не знаю, что было вчера, – Сильный попытался облизать сухие губы языком, похожим на наждачку. – Но сегодня точно чуть не пристрелили.
Проследив за его взглядом, Сергей заметил еще один предмет, лежащий на стеллаже перед книгами. Точнее, два предмета. Что-то металлическое, как будто раздавленное. Когда сообразил, что именно это такое, обдало жаром. Искореженный стальной сердечник и латунная оболочка от пули пистолета ПМ, развалившиеся и деформированные при ударе на большой скорости о твердый предмет.
– Да, – легко согласился Волгин, беря останки пули в руку. – Хотел. Повезло тебе. Куда она попала?
– В стойку моего подголовника.
Понятно. Ни один снайпер с расстояния в пятнадцать метров не смог бы выстрелить по движущейся мишени так, чтобы специально попасть в металлическую трубку диаметром около сантиметра, торчащую между верхним краем сиденья и подголовником миллиметров на тридцать. Но случай иногда творит и не такие чудеса. Можно представить ощущения Сильного, когда он понял, что произошло.
Что ж, можно считать, что за вчерашнее они в расчете.
– Повезло тебе… Ладно, это все лирика. Давай, не тормози, показывай.
– Под диваном смотрите.
Когда Алексей отвернулся, указывая, где именно нужно что-то искать, Волгин быстро опустил в карман части пули.
Присев на корточки, Акулов вытащил небольшой чемоданчик со сломанными замками. Лет тридцать назад, наверное, мама Алеши Сильного, тогда еще не родившегося, брала его с собой, когда ездила отдыхать на Черноморское побережье.
В чемоданчике, кроме двух пар наручников и электрошокового устройства, оказались патроны. Много, больше нескольких сотен самых разных типов и видов. Боеприпасы к отечественным видам стрелкового оружия были упакованы в пачки, импортные хранились россыпью в полиэтиленовых пакетах, рассортированные по принадлежности: дпя «парабеллума», для «кольта» 45-го калибра, для каких-то диковинных автоматов.
– К партизанской войне готовился? Откуда это богатство, купец?
– Я раньше в охранном предприятии работал, Известная была фирма, развалилась в девяносто четвертом году.
Нам на стрельбы выдавали… Вот у меня и осталось чуток.
– Ни хрена себе чуток! Сергей Сергеевич, будьте добры, пригласите соседей. Будем оформлять изъятие.
Протокол составлял Акулов. Волгин помог ему пересчитать патроны, упаковал их, снабдив бирочками с подписями понятых, а потом принялся листать многочисленные фотоальбомы, стоявшие на книжных полках.
