Акула пера в СССР

А еще — впереди был последний звонок и выпускной!

Мы как раз проходили мимо возведенной в середине семидесятых средней школы № 2. Прозвенел звонок, возвещая перемену, и через решетку металлического забора я увидел, как из больших деревянных дверей, понизу обитых металлом, вывалилась толпа пацанов в одинаковой синей форме и красных галстуках. Они тут же полезли на турники, принялись носиться по двору в догонялки, кто-то кому-то прописывал классические поджопники, парочка самых ушлых ребят постарше побежала курить за угол… На крылечко вышли девочки в коричневых платьях и черных фартуках…

— Гера, ты чего? — потряс меня за руку Стариков.

 — По школе заскучал? Ностальгия замучила?

Мне казалось, что я нахожусь внутри «Ералаша». Или фильма про приключения Электроника. В общем, чувство нереальности происходящего крепко взяло меня за жабры, голова закружилась, и я попытался прийти в себя, глубоко вдохнув и медленно выдохнув воздух.

— Тебе что — плохо? — Женёк участливо заглядывал в глаза. — Давай вон присядем в тенечке, около подъезда. Времени у нас вагон, никуда эта Миронович не денется.

— Башка трещит — спасу нет, — сказал я. — Давай и вправду посидим, воздухом подышим.

Я сидел на лавочке и думал, что, пожалуй, самым странным во всей этой суматохе на школьном дворе было отсутствие грохота басов портативной колонки и прямые взгляды школьников: они смотрели друг другу в глаза, и ни один из них не пялился в смартфон.

У меня даже рука дернулась к карману — проверить, что там пишут, полистать ленту…

От Старикова это движение не укрылось, он удивленно поднял бровь но ничего комментировать не стал: Женёк признавал право каждого на своих, личных, прикормленных тараканов.

— Слушай, — сказал я. — А давай зайдем в библиотеку. Тут вроде недалеко? Возьму что-нибудь свежего почитать.

в которой встречается детский кошмар

Я совсем не удивился, когда на огороде у Езерской увидел еще и Анатольича.

Он любил всякие подработки: там траву покосит, здесь дров поколет, в другом месте — забор поправит. Рублик к рублику — и получалась у товарища Сивоконя приличная заначка, к которой жена не имела никакого отношения. В общем, Юрий Анатольич был умный, а Герман Викторович — дурак, потому как один работал за деньги, а второй за еду, но кормили обоих одинаково.