У меня есть имена и адреса персонала на командном пункте системы ПВО Швейцарии. Я знаю, как можно познакомиться с сержантом. Но он давит меня взглядом. Я сбиваюсь и забываю весь четкий порядок моих построений.
— Постараюсь это сделать…
Он молчит.
— Доложу все детали…
Он молчит.
Он втягивает ноздрями кубометр воздуха и тут же с шумом, как кит, выпускает его:
— В обеспечение!
6
Агентурное обеспечение — это как сладкий сироп для мухи. Вроде и не рискованно, и сладенько, но не выберешься из него. Крылышки тяжелеют.
Так в этом сиропе и сдохнешь. Только тот настоящим разведчиком становится, кто из него вырваться сумеет. Генка-консул, к примеру. Приехал в Вену вместе со мной. На изучение города нам по три месяца дали. Чтоб город мы лучше венской полиции знали. Через три месяца нам обоим экзамен: десять секунд на размышление, что находится на Люгерплац? Названия всех магазинов, отелей, ресторанов, номера автобусов, которые там останавливаются, — все называй. Скорее! А может, там ни одного отеля нет? Скорее, скорее! Знать город лучше местной полиции! Назови все улицы, пересекающие Таборштрассе! Скорее! Сколько остановок? Сколько почтовых ящиков? Если ехать по Таборштрассе с севера на юг от пересечения с Ам Табор, что слева? Что? Что? Как? Как? Как?
Экзамены мы со второго раза оба сдали.
Не сдашь с трех раз — вернут в Союз. После экзаменов меня в обеспечение бросили. А его нет. Он, пока город изучал, успел познакомиться с каким-то проходимцем, который паспортами торгует.
Паспорта полуфальшивые — или чистые бланки, или просто украденные у туристов. 17-е направление ГРУ паспорта и другие личные документы — дипломы, водительские удостоверения, солдатские книжки — скупает в любых количествах. Не для использования. Для изучения в качестве образцов при производстве новых документов. Все эти бумаги особо, конечно, не ценятся, и их добывание — совсем не высший класс агентурной работы. Да только меня в обеспечение, а Генку — нет: добывай свои чертовы паспорта.
Пока Генка с паспортами работал, времени у него достаточно было. И он времени не терял. Еще с кем-то познакомился. Тут уж меня поставили Генкины операции обеспечивать, хвост ему прикрывать. Я после его встреч какие-то папки получал да в посольство возил. Арестуют у входа в посольство — так уж лучше меня, а не Геннадия Михайловича. А он чистеньким ходит. Потом у него и более серьезные задания появились. Он на операцию идет, а его пять-семь борзых прикрывают.
