Глянул маршал на бесконечные ряды диверсантов, улыбнулся.
Генерал Петрушевский свое воинство представляет:
— Двадцать седьмая бригада специального назначения!
— Здравствуйте, разведчики! — рявкнула маршальская глотка.
— Здрав жлав тов Маршл Сов Сьюз! — рявкнула в ответ 27-я бригада.
— Благодарю за службу!
— Служ Сов Сьюз! — рявкнула 27-я.
— Третья морская бригада специального назначения Черноморского флота!
— Здравствуйте, разведчики!
— Здрав жлав…
— Семьдесят второй отдельный учебный батальон специального назначения!
— Здрав жлав…
— Тринадцатая бригада специального назначения!
— Двести двадцать четвертый отдельный батальон специального назначения Шестой гвардейской танковой армии!
Кричит маршал приветствия, и эхо радостно гонит слова его за горизонт: благодарю за службу! службу! службу!"
"Суров и строг церемониал военных парадов.
И радостен. Не зря придуманы смотры. Ах, не зря! Машина генерала Петрушевского идет правее и чуть позади маршальской машины. Отчего блеск в глазах генеральских? Гордость? Конечно, гордость! Полюбуйся, маршал, на моих молодцов.
Разве хуже они головорезов Маргелова? Ах, не хуже! Нет, не хуже.
— Тридцать вторая бригада специального назначения!
— Здравствуйте, чудо-богатыри!
— Здрав жлав…
Нет конца аэродрому. Нескончаемой стеной стоит спецназ ГРУ.
— Благодарю за службу! Благодарю за службу! Благодарю за службу!
После каждых крупных учений по традиции строят войска для общей проверки. Традиции этой сотни лет.
Так после сражения полководец собирал оставшихся, считал потери, поздравлял победителей. Грандиозные учения завершены. И только тут, на бескрайнем поле, когда участники учений собраны вместе, можно представить невероятную мощь Пятого управления ГРУ. А ведь не все еще тут.
— Восемьсот восьмая отдельная разведывательная рота специального назначения Приволжского военного округа!
Идет машина маршальская вдоль рядов и, несомненно, мысль маршала терзает: на кого же всю эту рать с цепи спустить? На Европу? На Азию? Может, на товарищей по Политбюро?
Ну что же ты, маршал? Чего медлишь? Мы тут все свои.
Злые мы все. Ну, спусти с цепи! Всю Россию кровью зальем. Только команду дай. Не всех убивать, конечно, будем, не всех. Если у кого дача большая да машина длинная, тех мы не тронем. Это не грех — иметь дачу да длинную машину. Тех, кто о социальной справедливости говорит, мы тоже не тронем. Грех это, но не очень большой.
