Алая нить

Прошлой ночью я слышала самый жуткий звук в своей жизни.

Каванот говорит, что это рычала пума. Я спросила у него, кто такая пума, и он ответил — большая дикая кошка. Этим утром Джеймс приметил медведя, пересекавшего луг. Я поняла по нервозности волов, что они учуяли что-то в воздухе. Каванот встал между повозками и медведем и схватился за ружье. Это могучее огромное животное поднялось на задние лапы и стало нюхать воздух. Я так благодарна Богу, что он не подошел ближе.

Каванот велел мне убрать сушившиеся полоски мяса, иначе медведь последует за нами.

Джеймс сейчас в дозоре. Через два часа его сменит Стерн. Детей расположили под повозками, и они, кажется, угомонились и заснули. А я не могу сомкнуть глаз от страха, который нагнал на меня медведь.

Я и не подумала разузнать о них больше. Была такой юной и считала, что все это не имеет большого значения.

Теперь у меня накопилось множество вопросов, но я никогда не получу ответа даже на самый незначительный из них.

Холодает. Бет снова лежит с температурой. Мечтаю о докторе, который посоветовал бы мне, что делать. Не хочу потерять ее, как мою маленькую Дебору.

Бет, кажется, поправляется. Сегодня пошел снег. Он растаял, но тем не менее мы забеспокоились. Горы над нами белые-белые. Никогда еще не видела ничего более великолепного и одновременно вселяющего ужас. Каванот сказал, что нам следует поднапрячься и достичь вершины до схода снега.

Джеймс заболел горной лихорадкой. Я и Мэттью управляем повозкой, Хэнк заботится о том немногочисленном поголовье, которое у нас осталось, а Бет ухаживает за отцом.

Каванот отправил Джошуа вперед вместе с Бингером Сиддонсом и Эрнестом Хольцем. Без нас они могут продвигаться быстрее и приведут с собой помощь.

Я не смогла не заплакать, когда Джошуа скрылся из виду. С каждым днем он все больше отдаляется от меня, и я не знаю, как удержать его. Джеймс говорит, что я должна отпустить мальчика.

Я была в его возрасте, когда Салли Мэй произвела его на свет. Она умерла, даже не взглянув на него. Я всегда любила его. Странно, но он мне даже дороже, чем мои родные дети. Может, я люблю его так отчаянно, потому что мне пришлось бороться за его жизнь? Порой мне снится, как он лежит в крови своей матери и заходится в крике. Я приняла его тогда в свое сердце, и он останется там до конца моих дней.