Алая нить

Он едва дотронулся до нашей еды и отказался даже от маленького кусочка оленины, которую он же и принес для нас. Когда мы поели, он жестом указал нам следовать за ним. Прошел он не более ста футов от костра, достал принесенное с собой некое орудие, похожее на лопату, и с его помощью выкопал корни растения, которые можно употреблять в пищу. Потом он смущенно улыбнулся и снова юркнул в лес.

Все это время мы голодали, а еда — вот она, рядом, росла у нас под носом.

Господи, беда прямо с этим Джошуа. Он, кажется, что-то задумал! Непрестанно толкует о Коксэнисе, о том, что хочет найти его или пуститься в путь в сторону форта Саттера или дальше, в Монтерей.

Он хочет идти своей дорогой. Он уже не мальчик, каким я его знала, но еще и не мужчина, каким, я думаю, он может стать. Он просто сплошная головная боль. Я так беспокоюсь за него.

Все это навело меня на мысль, что я сама была для Тебя большущей головной болью.

Я искренне сожалею, Господи.

Помню, как Ты был разгневан на тех израильтян, которых Ты вывел из Египта.

Они все время хныкали, жаловались и суетились, как Джошуа сейчас. И как я вплоть до того самого Дня Медведя. А еще я помню, как Ты хотел стереть всех их с лица земли, но Моисей умолил Тебя не делать этого.

Как можно любить кого-то так сильно и так же сильно ненавидеть, чтобы буквально хотеть убить? Четырнадцать лет назад я спасла ему жизнь. А сегодня я была в таком состоянии, что могла лишить его этой жизни.

Господи Иисусе, Джошуа не больно-то и помогает нам.

Он предпочитает торчать днями напролет в индейском поселении с Коксэнисом и изучать премудрости их языка и быта, а не оставаться с нами и помогать.

Господи Иисусе, не сделаешь ли Ты что-нибудь с ним, пожалуйста?

Я отдаю его в Твои руки, иначе, клянусь, этот юноша не доживет до весны.

Сегодня вернулся Коксэнис. Очень интересовался повозкой. Хотелось бы знать, какое у него жилище. Я показала ему изнутри наше бедное самодельное обиталище. Затем предложила ему тушеную рыбу, хлеб и кофе.

И сказала детям, что неплохо бы посмотреть, где и как он живет. Джошуа вызвался пойти с ним.

Я ответила, что если Коксэнис пригласит его, то я не против.

Джошуа знаками объяснился с ним, и они ушли вместе.

Их не было весь день, но я нисколечко не опасалась, что с Джошуа может приключиться беда. Ты послал нам Коксэниса, который оказался очень добрым и щедрым другом. Думаю, Джошуа по возвращении будет взахлеб рассказывать нам интересные истории.