Алая нить

Ты ведь понимаешь, о чем я говорю? Понимаешь?

— У нее было пять мужчин, один из которых — в старших классах школы, двое — в колледже, еще один после колледжа и последним был тот парень, за которого она сейчас выходит замуж. Она с большим сомнением отнеслась к тому, что кто-то из них может быть ВИЧ-положительным, но наверняка она знать не может, так ведь? Не могу перестать думать об этом. — В глазах Алекса блеснули слезы. — Ты была девственницей. Ты никогда даже не целовалась с другим парнем до меня.

— Ты хочешь сказать, что ты?.

. — Она не сумела закончить вопрос.

— Нет. Я сдавал анализы четыре раза за последние несколько месяцев. Все тесты отрицательные, но кто знает. Разве нам все известно об этой болезни? — Он подошел к ней, нежно обнял ее. Когда он погладил ее по щеке, его глаза наполнились слезами и пронзительной болью. — Как вообще я буду прикасаться к тебе, думая при этом, что убиваю тебя?

— О, Алекс, — прошептала Сьерра, кладя руку ему на грудь. Почувствовала, как его сердце забилось быстрее, а с ним и ее собственное.

Он взял ее руку и мягко отстранил от себя.

— Я чуть было не промолчал об этом, — произнес он хриплым голосом, — но ты имеешь право знать. Вот и появилось еще кое-что, о чем тебе необходимо подумать, прежде чем принять какое-либо решение, не так ли?

Он вышел из комнаты.

Сьерра поняла, что он направился к двери.

— Я позвоню тебе, — сказал он.

Не оглядываясь, открыл дверь и вышел.

Каждый вечер мы проводили за чтением Библии тети Марты.

Я узнала, кто убил нашего любимого Коксэниса, и это чуть не разбило мне сердце. Я могла бы вообще никогда не узнать об этом, не заметь я украшенный аметистами крестик на Шарлотте Беррелль во время празднования Рождества. Сердце мое остановилось, когда я увидела его у нее на груди. Я так сильно разволновалась, что, казалось, вот-вот задохнусь, и не могла вымолвить ни слова. Меня охватила такая ярость, что я чуть было не сорвала с нее этот крестик. Но Ты удержал меня от этого. Она спросила, все ли со мной в порядке. Как только она задала вопрос, я поняла, что могу говорить.

Я не стала ничего спрашивать о крестике. Вместо этого я сделала то, что Ты подсказал мне. Я рассказала ей о нашей первой зиме в Калифорнии. И как мы все погибли бы голодной смертью, не приди нам на выручку и не прояви к нам великодушия индеец из племени помо, которого звали Коксэнис. Лестер присоединился к нам, когда я рассказывала Шарлотте о нашем дорогом друге.