Алая нить

Потом выросли новые, черные, как у папы.

Сегодня приходила Бетси. Она сказала, что вид у меня изможденный. С ее приходом я почувствовала себя лучше. Хорошая беседа может поднять дух и вернуть силы. Порой бывает очень одиноко, когда единственными твоими собеседниками являются пятилетний мальчик и два грудничка. Я их бесконечно люблю, но они, естественно, еще просто не могут поддержать разговор. А тетя Марта слишком поглощена своими добрыми делами, чтобы проводить время со мной. Когда же она приходит, внимание ее полностью обращается на малыша Хэнка и Бет.

Бетси явилась для меня глотком свежего весеннего воздуха, хотя целый час, пока оставалась со мной, поучала меня.

Я знаю, я не должна жаловаться. Тетя Марта, как всегда, добра ко мне и моей семье. Я напоминаю себе, что я счастливее многих.

У меня трое прекрасных детей.

У меня есть крыша над головой, которая протекает всего лишь в нескольких местах.

На моем столе всегда есть еда.

Все же порой мне кажется, что чего-то не хватает. Я впадаю в отчаяние. Я тоскую.

Я не могу определить, почему именно я тоскую и отчего. Это просто боль внутри меня, которая никак не хочет оставить меня.

Может, я устала? Меня утомляет стирка пеленок. Я думаю об африканских женщинах из книжки, которую мне принесла тетя Марта. Они позволяют своим детям бегать голышом. Может, они поступают правильнее. Мне кажется, что так можно сэкономить время на другие занятия.

Арлин Уайтинг сообщила Сьерре по внутреннему телефону:

— Вас спрашивают по первой линии. Майкл Клэнтон.

— Мой брат, — удивилась Сьерра и нажала кнопку.

Майк никогда не звонил. Он не особенно жаловал телефоны и предоставлял Мелиссе, своей жене, поддерживать связь с родственниками. «Как там у вас в „городе ангелов“?» — всегда начинала Мелисса, чем вызывала улыбку у Сьерры.

Ничто, кроме чрезвычайного события, не могло заставить его позвонить.

— Что случилось, Майк?

— Больна? — встревожилась Сьерра.

Сьерра не могла в это поверить.

— Не может этого быть! Я видела ее всего лишь несколько месяцев назад.

 — Она заметила еще на Рождество, что мать выглядела исхудавшей. Даже спрашивала ее об этом. — Да, она немного потеряла в весе, но сказала, что чувствует себя прекрасно.

— Она не хотела тебе говорить. Сьерра сильнее сжала трубку.

— Она давно уже знает об этом, — тихо ответил брат. — Просто она молчала до недавнего времени.

— Что значит «давно»? Когда она обнаружила?

Наступила короткая пауза.

— Ей поставили диагноз прямо перед вашим переездом в Лос-Анджелес.