Как всегда прав. К правоте Дмитрия Михайловича Макарова Лена уже начала привыкать. Как бы так сделать, чтобы он снова ее поцеловал? Господи, и о чем она только думает! Рядом бродит убийца, а она мечтает о поцелуях владельца фирмы «Турмалин». Наверно, она падшая женщина. Как ни странно, собственное несовершенство Лену сейчас совершенно не смущало. Ну, падшая, подумаешь!
– Я боюсь, – сказала она, хотя в этот момент совершенно ничего не боялась.
Это было слово-пароль, запускающее нужный ей спусковой механизм. Рассчитала она правильно, потому что в ответ на ее жалобные слова Макаров снова сделал шаг вперед, обнял ее и поцеловал в краешек губ.
Не страстно, к сожалению, но лучше так, чем ничего.
– Не бойся, – сказал он и снова поцеловал Лену, – звони. Будет на одну тайну меньше.
На экране телефона высвечивались непринятые звонки от Шуры. Их было двадцать четыре.
– Может, перезвонить? – спросила Лена у Дмитрия, показав ему телефон.
– Не надо. Если она виновата, то пусть пока побудет в неведении, что все это значит.
Почему я похитил тебя у нее из-под носа, почему ты не отвечаешь и куда девался Митя.
– А если невиновата? Тогда из-за всего перечисленного она с ума сходит.
– Тогда ты потом все ей объяснишь. Как и она объяснит тебе, откуда в ее компьютере досье на всех нас. Сейчас тебе все равно нечего ей сказать, так что потерпи немного и звони мужу. Бывшему.
Разговор с Костей не занял и трех минут. Куликов сначала был рассержен, что Лена оторвала его от работы, потом изумился, услышав ее вопрос, рассердился и действительно заявил, что это не ее дело, но Лена включила специальный «рабочий голос», которым она говорила с нерадивыми исполнителями, добавила того самого металла, о котором упоминал Макаров, и все получилось.
– Слушай, ты мертвого достанешь, – устало сказал Костя. – Я уехал, не дождавшись Митьку, потому что мне позвонила Оксана. Это моя девушка, мы собираемся пожениться, она ждет ребенка, и ей стало плохо от жары. Я испугался и поехал к ней, отвез в больницу, подождал, пока ее осмотрят, а когда стало понятно, что угрозы нет, вернул домой и немного побыл с ней, чтобы она успокоилась.
Я не мог поехать к подруге с Митькой, и не поехать к ней – тоже. И тебя это, правда, совершенно не касается. Ты от меня ушла, и моя личная жизнь не имеет к тебе никакого отношения.
– Мне нет дела до твоей личной жизни, – заверила его Лена. – Но почему, когда ты вернулся, ты был весь в крови? Это что, была ее кровь?
– Ты дура, да? – заорал Костя.
