– Приезжай, – засмеялась Лена, тут же забыв про подрядчика и думая о том, как сильно успела соскучиться по подруге. – Только в положенный срок. И, пожалуйста, не дергай Саню. Я тебе обещаю, что за три дня со мной точно ничего не случится.
* * *В эту ночь Дмитрий спал как убитый. Переделав тысячу рабочих дел, позвонив брату, чтобы обсудить с ним случившееся сегодня, кинув в корзину с бельем грязную рубашку, пожарив огромный стейк, именно так, как он любил, с кровью, и выпив положенный к мясу бокал сухого красного вина, он сел, было, на веранде, налив второй бокал, успел порадоваться тому, что сегодня ночует дома и может провести прекрасный тихий вечер в полном одиночестве, как вдруг понял, что упадет сейчас прямо здесь, на крыльце, не успев добраться до кровати.
Он не очень точно помнил, как все-таки решил проблему, но, судя по тому, что проснулся Дмитрий в своей постели, это все-таки удалось. Сев в кровати, он крепко растер лицо, чтобы прогнать сонную одурь, взял телефон и посмотрел на часы.
Половина седьмого, как всегда.
Натянув шорты и майку, он отправился на пробежку, которую старался совершать регулярно, хотя получалось не всегда. Ему нужно было подумать. Случившееся вчера никак не укладывалось в реалии повседневной жизни, и Дмитрию нужно было оценить степень риска для себя лично и для компании. После вечернего разговора с братом риски эти казались Дмитрию довольно ничтожными. Ничего не наталкивало на мысль, что убийство Петра Беспалова могло иметь хотя бы косвенное отношение к фирме «Турмалин» и ее владельцу, при этом вдовица вчера подтвердила, что проект будет реализован, несмотря ни на что, а разрешение начать работы полиция должна была дать через пару дней максимум.
Так, с этим понятно.
Второй вопрос, на который предстояло дать ответ, заключался в том, может ли быть замешана в преступлении главный архитектор-реставратор Елена Николаевна Беседина.
Ее возможная причастность тоже несла в себе риски остановки или задержки работ, как минимум. Внешне впечатления преступницы она, разумеется, не производила, вот только Дмитрий Макаров давно приучил себя не делать выводов, опираясь на первое впечатление, да и в теорию Ломброзо не верил.
Итак, Елена Беседина. Информацию о ней он собрал загодя, еще только примериваясь к контракту с Беспаловым, потому что привык проверять все до мелочей.
