Аларика

А посылать в академию за помощью… потеряем пару часов как минимум.

— Да, государь.

Дождь висел мелкой пеленой, пробирался сквозь плащ. Король откинул капюшон — все равно уже мокрый насквозь, так хоть холодная от воды шерсть не прилипает к лицу. Похоже, уже не найдут… он прислушался. Жива. Глубоко вздохнул. Жива! Хоть что-то хорошее."

"— Государь… — Ритан тоже промок до нитки.

«Когда вернемся во дворец, надо бы посоветовать ему напиться глинтвейна — да погорячее и завалиться спать до утра… хотя все равно не послушает.

Будет сидеть и думать, где он ошибся. Значит, приказать. Если бы все можно было решить так просто…»

— Это не похоже на следы боя, но…

— Показывай.

Поляна и в самом деле выглядела почти нетронутой — если здесь когда и проходил человек, трава, упруго распрямившись, скрыла следы. Да и дождь… Следы остались лишь под старой березой — травы там не было, только толстый слой прелых прошлогодних листьев. Следы… и кровь. Дождь не позволил ей засохнуть — но и не смог смыть. Слишком много было крови, она впиталась в листья, растеклась по трещинам коры там, где корни не ушли в землю.

Кто-то долго сидел, прислонившись спиной к стволу, потом упал… поднялся и ушел.

Король присел под березой, коснулся листьев. Долго смотрел на покрытые темно-вишневым пальцы.

«Девочка моя, что же ты творишь… Я могу отправить людей найти и защитить, насколько это возможно — но кто защитит тебя от самой себя?»

Почему он позволил ей уйти? Наверное потому же, почему позволил войти в чумную деревню… или очертя голову броситься на опытного боевого мага — впрочем, тогда от него мало что зависело.

Всю жизнь он считал, что нельзя отбирать право распоряжаться собственной судьбой.

«Но если бы сейчас ты нашел ее тело — утешился бы сознанием своей правоты и жил дальше, как ни в чем не бывало?»

Не надо врать себе. Он был готов ко всему — слезам, крику, ненависти… С этим он бы справился. Но усталое равнодушие в разом погасшем взгляде… Боль и недоверие, в которое она замкнулась, как в раковину — не достучаться. Он сдался… И теперь можно сколько угодно утешать себя красивыми правильными словами — не поможет.

— Государь…

Король, наконец поднялся, и Ритан понизил голос — так, чтобы больше никто не услышал:

— Тарилл… успокойся. Это всего лишь девка… — и осекся под бешеным взглядом.

— Придержи язык, будь любезен.

— Крепко же она тебя зацепила…

Король не ответил. Провел ладонью по лицу, стирая капли дождя.

— Хватит. Возвращаемся.

Дождь превратил дорогу в рыжий чавкающий кисель.