Алауэн. История одного клана

За эти шесть дней, прошедших после побоища в Снежных пустынях, я очень часто задумывалась: а что же произошло меж нами? Как напористому, порой грубому в решениях и словах, совершенно невыносимому дракону удалось добиться моей любви, ведь всю сознательную жизнь именно таких мужчин я и боялась. Так же еще неуверенную в себе, испуганную, меня интересовало: как он умудрился полюбить? Неужели не понял, что цепи имеют два конца? Или же знал?

Наконец послышался далекий, приглушенный рев, который ознаменовал собой песнь приглашения.

В тот же момент потоки воды, заменявшие этой пещере одну из стен, раздвинулись, выпуская нас из плена драконьего гостеприимства. Не скажу, что нам здесь было неуютно, словно в тюремной камере, совсем наоборот. Сухая, светлая пещера с небольшим озерцом посредине будто создана как комната в огромном дворце клана истинных драконов. Огромные валуны, застеленные пушистыми коврами, заменяют диваны; свет, падающий из верхних отдушин, играет в водной глади тысячами бликов.

Вот только разум и сердце твердят, что по собственному желанию такие места не покидают.

Совсем недавно мне казалось – ничто в этом мире меня больше не удивит. Глупой была.

Хм… какой оптимизм с моей стороны.

Мы прилетели ночью, и теперь при свете дня я могла уже спокойно полюбоваться на произведение искусства природы и драконов. Горный хребет, подобный гребню огромного древнего дракона, врывался в небо сотней острых пик и окружал кристально чистое озерцо с многочисленными ручейками и водопадиками – такими же, как тот, сквозь который мы только что прошли.

Вода оказалась столь прозрачной, что можно разглядеть каменное дно, усыпанное переливающимися, возможно драгоценными самоцветами. Посреди озерца над водой высился огромный валун, выступающей частью напоминающий спину черепахи – такой же овальный, неровный, покрытый странным рисунком. И сила от него шла нешуточная. Да и все это место казалось мне чем-то нереальным, сказочным.

Место, где судят драконы.

«Нам туда! Не пугайся, Змейка. Иди по воде.

И запомни – здесь каждое твое движение, каждый вдох – испытание. Твое или чужое».

Но как по ней идти, если она, едва колышась под ласковым ветром, лижет кожу сапог? Вот за что терпеть не могу драконов, это за их любовь к выпендрежу! Могли бы и мостик сделать, чего им стоило. Но нет же, намудрили, тритоны-переростки.

К моему удивлению, вода восприняла подобную наглость довольно благосклонно, наверное давно привыкла к таким тараканам в голове у драконов.