Алауэн. История одного клана

Так – меч, копье и… булава? Это на хрупкую-то девушку с тяжелым шипастым шариком? Варвары!

Звук поющей ариоки прекрасен. Жаль только, что его приходится обрывать каждый раз, когда на меня нападают. Уворачиваюсь от меча, ухожу от удара длинным копьем, бью сама цепью по владельцу булавы. Красный след пачкает серую рубаху. Запах крови щекочет нервы. Облизываю губы в нетерпении. Хочется попробовать.

Только что-то идет не так… несколько удачных па заканчиваются в опасной ловушке. Замах клинка удается отразить, но вот жало копья пробивает грудь.

Не понимая, смотрю на красное пятно, разливающееся по рубашке. По моей рубашке моя кровь!

Толчок назад, гарда наконечника царапает кость, падение…

На мгновение боль сводит с ума.

Русоволосый маг еще сильнее нажимает на древко копья, буквально пригвоздив меня к земле. Упырь вас покусай, больно-то как! В его протянутую руку вкладывают меч, кончик которого он тут же подносит к моему горлу:

Один его товарищ держит мою правую руку, на кончиках пальцев которой горят магические огни, левой, с ариокой, не очень-то помашешь с пробитой грудью.

Делаю замах левой рукой, кость трескается, а ариока оплетает мужскую шею. Рывок на себя. Снова дикая боль.

Когда я пришла в себя, первое, что увидела, – мертвые серо-голубые глаза. Маг упал на меня, и его кровь, льющаяся из разорванного горла, залила всю мою грудь и шею, смешиваясь с моей. Где-то слышался шум битвы, но мне уже все равно.

Я раньше никогда не убивала людей. Ни одно разумное существо.

Наемники не захотели выполнять Договор. Увидев, как девчонка убила их предводителя, они кинулись на оборотней.

Времени на забавы не было – обратившись в красного дракона, Сери быстро разметал наемников-магов, а Колин занимался выловом тех, кто все еще оставались в круге. Мальгольм и Иаллин кинулись к подруге.

Лишь минут через пять, убедившись, что ни одного наемника вблизи не осталось, желтоглазый опустился на землю в человеческой ипостаси.

Чтобы почти сразу услышать крик, полный боли. Сердце на мгновение замерло, а в груди похолодело.

Вынув из груди копье, Колин откинул его прочь, а Иаллин тут же принялась заговаривать рану.

– Ключица сломана, – буркнул кошак, посадив девушку и облокотив ее на себя, чтобы драконица могла заняться и выходным отверстием.

Александрит что-то шептала, и, только прислушавшись, Сериандрэй разобрал:

– Ну что, доволен? – неприятно скривил губы брат.