Алауэн. История одного клана

Но она умерла во время беременности. Тело людей просто не выдерживает этого. И даже если женщину удастся спасти от сильной нехватки энергии, то ее убьет сам плод. Происшедшее стало трагедией. Тогда Диар что-то изменила в своих потомках. И не только в воспитании. У них даже женщины редко имеют дело с человеческими мужчинами. Я не буду говорить, что драконы Алауэн совсем не имеют половых связей с людьми. Но человек для них – иной вид, размножение с которым невозможно.

– То есть они изначально воспринимают нас как игрушки.

Как вещь, – усмехнулась я. Ну это не новость.

– Нет. Но как более слабых. В этом их спасение и их слабость. Но знаешь, – эльф склонился к моему лицу, – чем так уникален Змей? Он не совсем дракон. Он полукровка.

Я непонимающе подняла брови.

– Узнаешь в свое время. Долго скрывать подобное от тебя он не будет. Ну чего ты фыркаешь, как недовольная лошадка. Дракон никогда не вынесет свои отношения на всеобщее обозрение, если не посчитает их достаточно серьезными. Смотри, – кивнул он на одного из своих.

Тот сидел на бревнышке и, недовольно морщась под сочувствующими, хотя и насмешливыми взглядами товарищей, баюкал перебинтованную руку. – Дракон сказал, дракон сделал.

– Защиту собственности еще никто не отменял. Да и не дело это – драконовы игрушки трогать.

– Упрямая! – Меня нагло щелкнули по лбу. – Ох и намучается он с тобой. Но тут сам виноват, не маленький, должен знать, как с девушкой обращаться.

– Уж он знает, – закатила я глаза.

Рассмеявшись, Олеандр провел пальцем вдоль моей скулы и… резко встал:

– Идем.

Ты наверное очень голодная.

Потом был завтрак, в результате которого одна маленькая я объела эльфов. Те сидели и тихо обалдевали от количества исчезающей в моем юном, развивающемся организме снеди.

Заодно решили, что делать дальше.

– Вам будет лучше уехать в Светлый Лес, как и хотели, – заявил Олеандр.

– Ага! – обрадовала я эльфа. – Чего мы там не видели? А вот я обещала найти Лукара. Мальгольм, ты к родственникам очень торопишься? – Оборотень скептично свел брови.

 – Сери? – посмотрела я на дракона, уткнувшего нос в мое плечо. Это он с Кешкой что-то не поделил. Уже пару минут фыркают и дуются, рассматривая друг друга.

– Тебя с этим Барсиком-переростком я больше не оставлю.

– Кто бы говорил, – фыркнул оборотень.

– Я говорю! – оторвался от созерцания живой татуировки Сери. Ну да, в драконьей ипостаси он куда весомее Мальгольма.

Оборотень оскалился. Ну а я вздохнула: опять!

И для острастки дала дракону по носу.