– Надеюсь, что мессир де Клэр уже доложил вам о моих делах?
– Да. – Ответил сенешаль. – Ты просто молодец! А то, как ты ловко организовал из того сброда, что прибыл из Нарбонна и Монпелье, некое подобие дисциплинированных и организованных отрядов достойно восхищения…
– Спасибо, отец. – Сын поклонился отцу. – Верь, что я не подведу и не опозорю наш род.
– Никогда не сомневался в этом. – Сенешаль посмотрел на него, что-то кольнуло сердце Ги де Леви. – Только прошу тебя, будь осторожнее и не рискуй лишний раз. Пустое бахвальство еще никому не приносило пользы…
– Не переживайте так, отец.
– Поклонился сын. – Мне надо идти. Слишком много дел…
– Ступай с Богом…
Сын повернулся и пошел по коридору. Ги смотрел ему вслед и понимал, что именно теперь ему придется разрываться, чтобы отыскать шпионку, всех лазутчиков и обеспечить безопасность собственному сыну.
«Наверняка, он обиделся на меня из-за этой женщины, – грустно вздохнул Ги, провожая сына взглядом, – естественно, ведь это его право. Господи, прости ты меня, грешника…».
Знакомство с милыми дамами благотворно сказалось на поведении Бушара и Жильбера. Бесшабашные гуляки, балагуры и пьяницы в одночасье превратились в скромных рыцарей и проводили вечера в прогулках, а ночи…"
"Но, последние перемены в Бушаре поразили Ги до глубины души. От шумного и грубого рыцаря не осталось и следа. Улыбающийся де Марли мирно прогуливался по цитадели и перекидывался веселыми шутками с воинами, которые смотрели на него во все глаза, ожидая чего угодно, но добродушия и приветливости от него не ожидал никто.
– Добрый день, ребята! – весело поздоровался с воинами сенешаль. – Как настроение?..
Воины, расположившиеся на отдыхе в тени ворот, встали и поклонились ему. Старший караула, высокий рыцарь сорока лет, улыбнулся и ответил:
– Хвала небесам, сеньор сенешаль! Несколько мирных дней никогда не помешают…
– Это верно! – Улыбнулся Ги и кивнул головой в сторону де Марли. – Наверное, молитесь, что наш мессир де Марли отдыхает?..
– По чести сказать, ваша милость, – ответил ему рыцарь, – столь неожиданная перемена в сеньоре де Марле поначалу удивила нас, но, поразмыслив, мы решили, что не стоит будить лихо пока оно тихо.
Раз его милость решил отдохнуть от ратных забот, то и нам не грех посидеть и погреть кости под солнышком…
– Ну, что же, отдыхайте. – Сенешаль повернулся и продолжил свою неторопливую прогулку.
Вот уже два дня из головы сенешаля не выходил разговор, состоявшийся с евреем Исааком.
