Альбион сгорит!

Часть из них была способна сама оплачивать себе жильё и прочее, часть из них заняли пустые деревни в центре полуострова и налаживали жизнь, а остальные сейчас проходили последнюю адаптацию к нормальной жизни. Местные гвардейцы даже сказали, что некоторых беженцев они примут к себе и те будут неплохим пополнением для крымской гвардии. Якобы уж они-то понимают цену свободе и при необходимости будут сражаться за новый дом из всех сил и не побегут даже в самой критической ситуации.

Встретился я и с князем Немолько.

Всё же не прогадал я, поставив своим заместителем на полуострове. Он меня хорошо встретил, мы мило побеседовали обо всём, а затем он ненавязчиво рассказал, что успел сделать, какие у него планы, с какими проблемами столкнулся. И ведь Барашкина нахваливал, не стал все лавры себе присуждать. Теперь у меня была полная уверенность в том, что эти двое сработались и дальше будут меня радовать хорошими результатами.

Поездкой на полуостров я был целиком и полностью доволен. Ожидал увидеть подтверждение, что тут всё хорошо, а в итоге узнал, что тут всё просто замечательно.

Теперь вряд ли у кого-то повернётся язык сказать, что на вверенных мне Государём землях дела идут не очень. Крымский полуостров станет мне надёжным тылом пока я буду работать с Царьградом.

Если честно, то по итогу я даже был бы не против остаться ненадолго в Крыму, просто отдохнуть в здешних краях. Но, во-первых, Ирина была сейчас в Царьграде и ждала меня. Во-вторых, там были свои вопросы и дела, которые требовали моего участия.

Так что я снова отправился в путь…

Царьград продолжал своё постепенно перерождение. Следы сражения, что произошло несколько месяцев тому назад, уже исчезли. Но пока ещё не удалось выкорчевать остатки османской культуры и сделать город религиозным центром всего мира.

Хуже всего дела обстояли дела с окраинами Царьграда и парочкой кварталов ближе к центру. Именно в этих местах селили челядь, чернорабочих и рабов. Условия жизни тут были соответствующие: жили у друг друга на головах, практически никакой инфраструктуры, антисанитария.

Районы были буквально огорожены стенами и выбраться через них можно было только через укреплённые ворота. Это было сделано как для защиты от возможного бунта, так и чтобы грязь и вонь этих кварталов не беспокоила высоких господ.

Пытаться как-то перестроить данные окраины и кварталы было дело бессмысленным, требовались радикальные меры. Поэтому мы сносили эти кварталы и строили там всё с нуля.