Альбион сгорит!

Майор заорал от боли и упал на землю, его люди перевополошились, но у всех хватило мозгов не предпринимать каких-либо действий и тем более не доставать оружие.

— Пропустите журналистов, — повторил я и пошёл обратно к своим бойцам.

На сей раз меня уже послушались. Журналисты скопом рванули к посольству и лишь у самых ворот их остановили мои бойцы. Я подождал пока их соберётся побольше и затем вышел к ним. Для меня тут же освободили пятачок пространства перед воротами, все жаждали услышать, что я же скажу.

— У меня сообщение для британского императора Альфреда! — Начал я говорить окружённый представителями СМИ.

— Ты отдал приказ убить меня. Не знаю зачем и почему, но это уже не важно. Я выжил, а моя невеста погибла. Поэтому я, именно я, а не Российская Империя, объявляю тебе и твоей империи войну на полное уничтожение! За гибель дорогого мне человека ответишь не только ты и твоя семья, но и каждый гражданин твоей империи. А теперь я обращаюсь ко всему остальному миру. Если вы называете меня своим товарищем и другом или же просто хотите посодействовать гибели британской империи, то милости прошу в Царьград. Там я собираю войско, которое сожжёт дотла Туманный Альбион. На этом всё. Теперь, господа журналисты, предлагаю вам увидеть то, что ждёт британцев. Начать казнь!

А к этой самой казне уже было всё готово. Рядом с каждым пленным был положен один из колов. И когда прозвучала моя команда Долгорукие принялись за дело. Мне бы хотелось, чтобы мои люди это сделали, но я не мог отказать Долгоруким в их праве на месть.

Следующие несколько минут были наполнены криками, кровью и страданиями. Не меньше трети журналистов не выдержали зрелища: кто блевал, кто-то просто прекратил снимать и фотографировать. Но остальные продолжали фиксировать произошедшее

И вот пятьдесят три человека были насажены на деревянные колы, который поставили вертикально. Почти все они были живы и медленно умирали в мучениях. Я позволил журналистам запечатлеть эту картину во всех подробностях, а затем через пять минут щёлкнул пальцами и британцы начали гореть.

Они начали кричать сжигаемые заживо. Последний из них затих лишь через сорок шесть секунд, я считал.

— Это только начало…

Император сидел за столом в своём кабинете. Он был один и сейчас ничем не занимался. Да, сейчас у него было полно забот и проблем, но сказал никому не беспокоить кроме членов своего рода. Ему в данный момент совсем не хотелось что-то делать.

И вот в его кабинет после стука зашёл Константин.