Альбион сгорит!

Мне очень не хочется этого делать, но всё зависит исключительно от самого Романа.

Мне за эти дни стало гораздо лучше. Я ещё не полностью восстановился, но за пару дней приду в оптимальную форму. Всё равно нам ещё добираться до германских портов и переправляться на британские острова, время есть.

Жаль, что у меня уже не осталось возможности призыва духов-хранителей. Ещё один, финальный штрих, и мне бы даже армия не понадобилась. Но имеем то, что имеем. К тому же у всё остался козырь в виде артефактов из моего прошлого.

После выхода из комы мне начинает приходить понимание какая сила скрыта в этих вещах. Поэтому я не боялся даже встречи с Абсолютами — теперь я легко смогу победить любого из них и без помощи духов-хранителей.

В Царьград тем временем прибывала так называемая элита. Представители знатных родов и кланов со всего мира, члены правящих семей России, СРИ, Франции, Испании и даже Китая. Прибыл и Папа, который принял решение принять участие в моём походе.

Все молча согласились с правилами игры и были готовы подчиняться в этом деле.

Впрочем, я как-то особо и не стремился командовать. Мы поделили мою армию по национальностям и я практически вручил своих бойцов представителям царствующих родов. Говорил же, что мне не особо и нужна эта армия. Поэтому пускай привыкшие всеми командовать продолжают это делать, а я сохраню формальное лидерство. Это если уж кто-то решит бучу устроить, то тогда придётся поставить этого человека на место.

В остальном пускай делают что хотят.

На четвёртый день вся армия собралась вблизи Царьграда. Всех собрали для того, чтобы я перед начало похода сказал какую-нибудь напутственную речь. И мне действительно хотелось кое-что донести до собравшихся. Так что когда пришло время, то я забрался один из бронетранспортёров, чтобы произнести эту речь. Всё как дедушка Ленин завещал.

— Прежде чем мы выступим на север я хочу кое-что сказать вам, — говорил я, а мой голос доходил до каждого с помощью магии воздуха.

— Мы идём не на войну. Это карательный поход! Целыми веками Британия жила за счёт стравливания своих соседей и разорения колоний. И даже когда они лишились практически всего, британцы продолжили считать себя великим народом и теми, кто имеет право диктовать остальным государствам свою волю. Попытка моего убийства, что унесла жизнь моей невесты, всего лишь тщетная попытка вернуть то, что они потеряли.