Алекс (СИ)

 — Этот поясок для чулок с подтяжками просто отрыв башки!

Делаю жадный глоток, возвращаю ей бокал и перевожу взгляд на Марису, густо краснея. Вот кто её за язык тянет? Кто?!!

— Ну и правильно! С мужчинами по-другому нельзя! Заскучают, остынут в лучшем случае, в худшем — найдут свежий «отрыв башки», — говорит свекровь со знанием дела, подходя и крепко пожимая ладонями мои плечи.

Боже… Мой Волк характером и выдержкой явно пошёл в маму, а предприимчивостью в отца.

Ловлю в зеркале её довольную усмешку и улыбаюсь в ответ.

«Хватит, Со, прекращай смущаться!» — даю себе установку. — «Бери себя в руки и подружись, наконец, с его матерью, чтобы обеспечить на будущее хороший тыл…»

— Мариса, можно посмотреть, что в коробке, которую Вы привезли?

— О, конечно, дорогая.

Она тотчас выуживает элегантные шелковые женские туфли лодочки на высоком каблуке цвета пепельной розы, нежные, изящные, слишком помпезные, чтобы в них ходить по двору, и я замираю от шока, не дыша. Таких красивых мне ещё не доводилось видеть даже в здешних бутиках.

Это чудо искусства. Сказка. Волшебство. Шпилька из хромированного металла под цвет изделия. Каблук обвит золотистыми лавровыми ветвями, инкрустированными мелкими блестящими камнями. Сами же туфли украшенные небольшими витиеватыми элементами, которые сочетают в себе название дорогого бренда.

— Ох… — всё, что я способна озвучить, беря их в руки. — Как вы угадали размер? Хотя, зачем я спрашиваю. Алекс прислал вам снятые с меня мерки, — улыбаюсь, вертя обувью в руках.

— У моего сына глаз-алмаз, — хохочет Мариса. — Примерь сначала. Если будут малы, есть вторая пара, те на полразмера больше. И вот это надень, — протягивает чёрную бархатную коробку.

— А это что? — ставлю туфли на край кровати и принимаю очередной, явно сногсшибательный подарок. Открываю коробку. Автоматически вспыхнувший встроенный лучик света в крышке рассеивает по грушевидным жемчужинам перламутровый блеск всех цветов радуги.

— Ваши первые семейные драгоценности.

Когда-нибудь подаришь их своим детям. Я выбрала этот жемчуг под цвет твоей обуви. Серьги, подвеска, бусы. Нравится?

— Я… — запинаюсь на полуслове и шумно втягиваю воздух. — У меня нет слов, Мариса…

— Не благодари. Лекс обещал нам с Тьяго внука, сказал, что в ближайшие девять месяцев я буду неустанно разорять счета его отца. Дети бесценны, Софи, а это всего лишь дорогие побрякушки. Ну где там ваш фотограф, Елена? Пора наряжать нашу невесту.