Громко прошелестели странички ежедневника:
— На третье октября назначено оглашение результатов второго конкурса в ГАУ. Сразу после него состоится открытие столичного Колизеума…
Встрепенувшийся Долгин уточнил:
— А что, уже?
— Арены точно готовы, осталось закончить стрелковый лабиринт и отделать ресторанчик для посетителей. Так, о чем это я? А, точно. После Колизеума надо в Кыштым, там запускают пороховое производство, и я обещал быть при этом историческом моменте. Затем меня ждут в Коврове — Лазорев сманил с Балтийского судостроительного завода какого-то там уникального специалиста по турбинам, и явно собирается вымогать с меня дополнительное финансирование.
Видимо, уже есть что показывать… Так. Потом небольшая ознакомительная поездка по губерниям — и в Москву.
Еще раз шелестнули страницы, а затем князь резюмировал:
— Три недели у тебя есть.
Долгин согласно хмыкнул и сменил тему разговора, поинтересовавшись с отчетливым намеком:
— Интересно, кого объявят победителем конкурса?.
.
— А есть сомнения?
Главный инспектор коротко хохотнул и отрицательно помотал головой:
— После того, как ты отказался от вознаграждения? Нет.
— Не в этом дело, Гриша. Наш образец специально создавался под этот конкурс, под все требования комиссии. Учтены и изготовлены в металле все возможные варианты Гравов и патронов к нему, предоставлен расчет стоимости при валовом выпуске, конкурсант, то есть я, обязался абсолютно бесплатно наладить выделку револьвера-победителя на казенных оружейных производствах.
У других участников нет и тени шанса.
— Ну!.. Ну, тогда интересно, как тебя наградят.
Александр отмахнулся зажатым в руке конвертом:
— Тоже никакой тайны. Чин мне повышать нельзя, так как должной выслуги нет, орден — то же самое, а от призовых я и сам отказался. Остается одно — награждение алмазным перстнем с гербом, или чем-то подобным. Часы, портсигар, медальон… Ну, и на один из императорских балов пригласят, это уж обязательно.
— Гм.
Тож немало, как ни крути.
Проводив взглядом сразу два письма, пополнивших собой уже и так немаленькую стопку корреспонденции, Гриша нейтральным тоном предположил:
— Никак коллекционированием решил заняться, командир?
В ответ на вопросительный взгляд он выразительно покосился на правую половину стола, целиком занятую разнообразными конвертами.
— Если бы.
Мусорная корзина переполнилась настолько, что смятые комки бумаги стали падать прямо на пол.
