Александр Солоник: киллер мафии

Впрочем, внешний вид, как и положено для оперативной машины, был обманчив: в «копейке» стоял форсированный двигатель, который бы наверняка дал фору даже движку солониковской «Альфы-Ромео».

Заметив машину со знакомым силуэтом на водительском месте, Солоник вышел из «Альфы-Ромео» и перебрался в салон «копейки».

– Ну что, Александр Сергеевич, есть для вас работа, – после сдержанного приветствия сообщил куратор, перекладывая на колени соседа папочку.

Саша раскрыл папку, зашелестел бумагами…

Безусловно, кандидатура человека, которого ему надлежало «исполнить», выглядела куда более серьезно, нежели Ржавый и Гаврила, вместе взятые.

Валерий Длугач, более известный в криминальных кругах как Глобус, считался в Москве человеком влиятельным. Саша уже обратил внимание на этого авторитета во время теоретических занятий. Согласно своеобразному рейтингу, составленному опытными оперативниками МУРа, Глобус входил в пятерку наиболее опасных и могущественных мафиози столицы.

Несмотря на множество судимостей по серьезнейшим статьям – разбойные нападения, грабежи и как следствие – «командировки» за колючую проволоку в зоны различных режимов, Длугач никогда не отличался пиететом в отношении воровских понятий.

В Москве за ним закрепилась слава жестокого беспредельщика. «Свой» Наро-Фоминский район он держал в страхе и покорности – так же, как и некоторые подконтрольные ему крупные торговые и финансовые точки центра города. Задержки платежей карались безжалостно. Длугач мог запросто наехать на «чужого» коммерсанта, переадресовывая плату за «охранную деятельность» на себя. В случае сопротивления посылал пацанов, которые сразу же открывали огонь из «калашниковых» или забрасывали объект гранатами. Если бы у Глобуса было не так много денег и стволов, на него, конечно же, давно наехали бы коллеги, и авторитет, пусть даже в воровском звании, был бы мгновенно поставлен на понятия. Но наехать никак не получалось – кроме огневой мощи мобильной «бригады» и баснословных денег, на которые беспредельщик содержал нужных людей в ментовке, у Длугача имелся еще один серьезный козырь: он был безусловным ставленником «лаврушников», то есть «законников» с Кавказа, которые, исподволь поддерживая русского беспредельщика, незримо укрепляли свои позиции в столице…

Саша изучал личное дело нового клиента долго – минут пятнадцать-двадцать.

Чекистский куратор терпеливо ждал, стараясь по выражению лица подопечного предугадать его реакцию.