Александр Солоник: киллер мафии

Наверное, он бы мог и спасти строптивца, поместив на какое-то время в помещение камерного типа, в барак усиленного режима, в конце концов – «на крест», то есть в зоновскую больницу, но по понятным причинам решил этого не делать.

Не захотел сучиться – получай садильник в пердильник. Одним «акробатом» на зоне больше, одним меньше… От гомосексуальных актов за «колючкой» никто из осужденных еще не забеременел.

Спустя дней восемь Саша понял: приговор исполнится сегодня. Об этом говорили и подчеркнуто-равнодушные взгляды блатных, и тот холодок отчужденности, который незримо лег между ним и остальными зэками.

Блатные уже знали, что э т о произойдет сегодня и до отбоя. И остальные – «мужики», «черти» и даже «король всех мастей», главпидар зоны с издевательски-величественным «погонялом» Император, – тоже знали. И он, осужденный к двенадцати годам «строгача» арестант Александр Солоник, тоже знал – так же, как и то, что решение «смотрящего» не может быть изменено и что теперь ему никто уже не поможет…

Надеяться, как и всегда, приходилось на себя одного.

Они встретили его в хозблоке. Прапорщиков – «рексов» не было – так же, как и офицеров. Блатных пришло даже слишком много, человек пятнадцать. Несмотря на разницу в возрасте, облике, блатной масти и степени дебильности, всех их роднило одно: кричащая наглость, самоуверенность и сознание собственной правоты.

Предводительствовал тот самый амбал с рассеченной переносицей и мосластыми пальцами – «шестерка» «смотрящего».

– Ну красавчик-мусорок – сам штаны снимешь или помочь? – с усмешкой, придававшей его лицу зверское выражение, спросил он, неторопливо, уверенно подходя ближе: – Сперва твой вонючий садильник вскроем, потом на клык вялого дадим. Хряпнешь, «скрипочка»…

Стиснув зубы, Саша промолчал.

– Давай, давай к нам, моя хорошая, давай, моя цыпа-рыба, давай, мой батончик, приласкаем тебя, понежим, приголубим, – коротко хохотнул стоявший за его спиной – невысокий, пожилой, с вытатуированным между пальцами пауком в паутинке – он демонстративно расстегнул пуговицу ширинки, – трубы тебе прочистим, целяк фуфлыжный сломаем.

Девственность – она ведь тоже излечима. А я на тебя давно глаз положил! Не бойся, это не больно, тебе понравится!

Еще со школьных курганских времен, когда в бестолковой кровавой свалке сходились класс на класс, район на район, Солоник мог один выстоять против целой кодлы.