Александр Солоник: киллер мафии

Повел плечами и, рассчитавшись с официантом, вышел, не попрощавшись.

Взял такси, попросил повозить его по городу, затем вышел, проехал несколько остановок на троллейбусе, а следующая тачка отвезла его на квартиру, что по проспекту Ленина.

Закрыл дверь на все замки, извлек из-под кровати небольшой атташе-кейс, щелкнул никелированными замочками… Там лежал блокнот с зашифрованными координатами Титенкова и Гаврилова и два пистолета «ТТ» с загодя подготовленными самодельными глушителями, оба ствола польского производства.

Впрочем, это не означает, что неэффективное, и в Тюмени в этом скоро убедятся…

Вечерело. На центральных улицах города зажглись первые фонари, в окнах домов замелькал неверный голубоватый свет: тюменцы, вернувшись с работы домой, сидели у телевизоров.

Молочная «девятка», грубо подрезав дряхлый «Москвич», резко свернула направо, в сторону старого кирпичного дома. Стоявший на углу сержант-гаишник даже бровью не повел: наверняка он отлично знал и машину, и владельца, нарушившего правила, человека влиятельного и авторитетного, связываться с ним не хотелось.

Рядом с водителем сидел невысокий кряжистый мужчина с крупными чертами лица, массивным подбородком. Колючий взгляд маленьких глазок из-под рельефных надбровных дуг, густо татуированные пальцы, а главное – подспудная внутренняя агрессия, исходившая от него, невольно внушали безотчетный страх любому.

Это и был владелец «жигуля» – тюменский авторитет Иван Иванович Титенков, более известный тут, в газонефтяном крае, как Ржавый.

Сидевший за рулем водитель, несомненно, выполнявший и функции телохранителя, был под стать боссу: квадратные плечи, рельефные бицепсы, выпиравшие из-под ветровки, коротко стриженная голова…

– Приехали, Ржавый, – водитель-телохранитель заглушил мотор.

– Вижу, – ответил хозяин, но из машины почему-то не выходил – видимо, пребывал в задумчивости и не хотел нарушать ход мысли.

– Совсем у козлов шифер с крыши сыплется, – прошептал Титенков, озвучивая свои мысли.

– У кого? – поинтересовался водила.

– Тут один хер с бугра, залетный, в нашем городе нарисовался. На стрелку набивался – он из Кургана, там братва крутая, хочет со мной дела иметь.

– И что он такое? – в голосе бандита звучал профессиональный интерес.

– В натуре козел голимый, «перхоть», фраер гнилой. Бывший мент к тому же. Сидел – я навел справки. Вроде бы сумел себя так на зоне поставить, что его не трогали.