Александра. Большая игра. (книга вторая)

— Но там могила, которая особо почиталась первыми христианами ещё со времён Христа и Апостолов.

— Всё верно, Ваше Преосвященство. Вообще на месте базилики когда-то было древнее римское кладбище. Там многие похоронены. А могила, которая почиталась со времён Апостолов, так там лежит не Пётр. Там лежит римлянин. Антоний Марк Максимус. Он тоже был христианином и умер во времена Императора Нейрона мученической смертью. А Апостол лежит в другом месте.

— Откуда Вам это известно, Ваше Величество?

— Матушка Пресвятая Богородица мне сказала и показала, где настоящая могила Апостола.

Вы же всё видели, Ваше Преосвященство? И Вы и многие, кто был в базилике. Чудо Господне. — Он кивнул. — Матушка взяла меня за руку и отвела к тому месту, где Кифа покоится. Там лежат его нетленные мощи, отче. Я и его видела. Он стоял и смотрел на меня, печально улыбаясь.

Епископ перекрестился. Вокруг стояла тишина. На нас смотрели все, кто окружал нас. Я увидела Клариче. Она была бледная, постоянно крестилась, как и многие другие.

Смотрела на меня во все глаза. Мы говорили с епископом на латыни.

— Нетленные мощи? — Выдохнул епископ.

— Да, Ваше Преосвященство. — Ответила я и вновь улыбнулась.

— Покажешь, Королева Александра?

— Пойдёмте, Ваше Преосвященство. Тут недалеко. — Я продолжала держать его под руку. — Только надо взять инструмент. Кирки, лопаты, ломики какие-нибудь. Надо вскрыть плиту, под которой он лежит.

— Покажи. — Выдохнул Эрар де ла Марк. Я потянула его за собой. Мы обошли то, что осталось от базилики.

Покинули площадь. За нами шла толпа. Мои приближённые, охрана, Герцог со своими людьми, горожане. Священник тоже шёл рядом со мной и епископом. Нас окружили мои палатины, сержант-дамы и кирасиры. Шли по улице. Вот, наконец, искомый двухэтажный каменный дом с лепниной на фасаде. Я остановилась перед калиткой. Толкнула её. Но она оказалась запертой. Я оглянулась.

— Богдан, откройте её.

— Слушаюсь, Матушка. — Он подошёл, надавил. Но калитка не открылась. Тогда он начал стучать.

Всю улицу заполнил народ."

"— Откройте калитку! — Закричал он на латыни. К нему подошла Паула. Тоже закричала, только по-итальянски. Начала стучать кулачками в дверь. Со двора раздался чей-то недовольный голос. Что-то спрашивал или угрожал. Паула эмоционально начала отвечать, потом угрожать, как я поняла по её тону. Калитка открылась. В проёме стоял мужчина лет 40 с мечом в руках. Увидел нас. Его рот открылся, глаза готовы были выскочить из орбит.