Александра - наказание господне

 – В самые трудные минуты она всегда с нами и умирает вместе с человеком.

– Вы очень грустно это сказали! – Князь проследил, как девушка сделала несколько глотков и вдруг выплеснула оставшееся вино в огонь; жаркий всполох пробежался по углям, и она радостно вскрикнула.

– Что вы делаете? – удивился князь. – Вам не понравилось вино?

– У вас прекрасное вино! – Сняв очки, девушка искоса, с лукавой улыбкой взглянула на Адашева. – Просто я вспомнила древний языческий обычай. Так задабривали когда-то бога Огня и загадывали при этом желание.

Если появляется подобный всполох, желание непременно сбудется.

Князь, помедлив секунду, вылил весь бокал в огонь. Огонь взметнулся вверх, огненным крылом вырвался наружу и чуть не опалил им лица. Князь схватил гувернантку за руку и потянул в сторону. От неожиданности она запуталась в юбке и уткнулась головой в его колени.

Смутившись, девушка села и, поправив растрепавшиеся волосы, пошутила:

– Надо же, какое искрометное у вас желание! Смотрите, не превратите бога Огня в запойного пьяницу.

– А все-таки мое желание вперед вашего исполнится! Видели, как он благосклонно принял мою жертву, даже поцеловать пытался в знак благодарности.

– Из-за этого поцелуя я чуть нос себе не разбила! – Саша дотронулась до кончика носа и охнула.

Адашев двумя пальцами взял ее за подбородок и повернул лицом к себе.

– Ничего с ним не случилось! – Следующие слова Саша уже не разобрала.

Горячие требовательные губы коснулись ее рта, жесткие пальцы обхватили затылок. Кирилл приник к ней с неистовством человека, ждавшим этого мгновения всю жизнь.

Саша забыла обо всем на свете, будто жила последний день на земле. А ведь так оно и было – завтра она навсегда покинет имение и начнется ее жалкое существование. Так почему же не оставить на память эту крошечную частицу счастья, которого никогда не придется испытать...

Девушка почувствовала, как рассыпается узел, стягивавший ее волосы на затылке. Она не заметила, когда Кирилл опустил ее на ковер, настолько бережно и нежно он это проделал.

– Саша! Милая! – проговорил князь, задыхаясь, и девушка почувствовала, как его язык обрисовал контуры ее уха, слегка пощекотал его и принялся за исследование шеи, скользнул ниже, к груди...

Девушка в испуге подняла руку и обнаружила, что мелкие пуговички, которые она застегивала только с помощью Серафимы, расстегнуты все до единой, а мужские руки и губы путешествуют по ее обнаженной груди.

Вскрикнув, Саша оттолкнула Адашева, села и стала торопливо застегивать ворот.