Народ крестился, глядя на сарай Елены. Василий всё больше прописывался возле моей младшей сестрёнки.
Но, кто бы что не говорил, мылу народ был рад. Даже первую партию боярин отправил на продажу во Псков. Ездила туда и Елена. Провела там рекламную акцию, народ по тихому дурел, но возражать царевне-княжне не рисковал. И что удивительно, мыло всё раскупили псковичи очень быстро. Даже кто-то из ганзейских купцов купил. Я тоже хотела ехать. Всё же посмотреть Псков начала 16 века, крепость которого считалась одной из самых мощных в Европе.
Но не судьба мне была в тот раз. Пришлось операцию делать, а потом присматривать за болезным.
Перед самым нашим отъездом, к укреплённому поселению подошёл большой обоз со стороны Литвы. Вои боярина засуетились, встали на стенах. Но это оказалось не войско, хотя оружных там было достаточно. Это ехал какой-то знатный литвин, боярин в Москву, а кроме него ещё какой-то знатный дворянин, маркиз из имперцев немецких. На пароме их переправили. В поселение их не пустили. Пустили только самого боярина с маркизом и несколькими воинами.
— Здравствуй, Фёдор! — поприветствовал старшего боярина литвин. Вяземский-старший усмехнулся.
— И ты Михайло будь здрав. Что это ты здесь?
— Да вот, в Москву еду со всем двором своим, с семьёй, да казной. Великому князю на службу.
— Перебежать решил, Михаил?
— Но ты же перебежал к отцу нынешнего князя Московского.
— Перебежал. То правда. А это кто у тебя?
— Маркиз фон Клаузиц. Представитель Императора Священной Римской империи германской нации.
Он едет тоже в Москву. С ним его люди.
— Тебя боярин и семью твою я размещу. Людей твоих оружных извини, не могу, сам понимаешь, хоть и знакомцы мы с тобой. Так как у меня здесь крепость пограничная.
— Я понимаю, Федор. И нет обиды у меня. Сам так же бы сделал. Но ещё помощи прошу, вернее не я, а маркиз. Племянник его болен.
— Чем болен? Заразой чёрной? — Отшатнулся боярин. Всё верно, тогда чумы боялись особо сильно.
— Нет. Он животом мается. Совсем плох. Не знаем, что у него.
— Понос кровавый?
— В том то и дело, что нет. Есть ли лекари у тебя? Может посмотрят. Жаль юнака, молод он совсем. Как Василий твой.
Я стояла вместе с боярыней. Позади меня Елена была. Боярыня как раз перед этим коржец с медовухой подавала литвину. Я тронула за рукав боярина Фёдора. Он оглянулся.
— Я могу посмотреть болящего.
— А ежели он чёрной хворью болен?
— Всё равно посмотрю. Если ей болен, то скажу. Но думаю, что чумы нет, иначе они все уже заразились бы.
