Она здесь! Она нашла его! Теперь в его стенах вновь забьется жизнь, зазвучит музыка души, затеплится огонь горячего сердца… А там, и Хозяин вернется, уставши скитаться по чужбине, а потом, глядишь, и детишки пойдут! Особняк представил топот маленьких ножек, который нарушит его тишину и радостно улыбнулся — жизнь продолжается!
Он всячески помогал молоденькой Хозяйке, следя за тем, чтобы ей доставалось меньше работы. Нежные маленькие ручки девушки порхали, убирая, приводя в порядок, расставляя все по своим места, а добрая сущность Дома осторожно подправляла, придавала сил, заботилась и сохраняла все в идеальном состоянии.
Негоже Хозяйке надрываться! Ей еще столько предстоит впереди…
Ликование Дома оказалось недолгим. Хозяин не сумел удержать свое счастье — Хозяйка, забрав маленьких непосед, ушла и больше не вернулась, и внутри снова поселилась тоска. Дом скучал и тоскливо вздыхал по ночам, наблюдая за сгорбившимся в кресле мужчиной. Тот не спал, уже которую ночь, неподвижно сидя перед потухшим камином в нетопленном особняке и глядя в пустой очаг отчаявшимся взглядом.
* * *С утра Саша лихорадочно убирала квартиру. Предстоящий визит Глеба вызывал нервозность и страх. Александра не знала, сумеет ли удержать свою обиду и боль, сможет ли спокойно разговаривать с мужчиной, зная, что тот уже нашел ей замену.
Да самого обеда она не находила себе места. Татьяна понимающе отводила взгляд, Денис, заметив, что Александра не отвечает на вопросы, отстал от нее и ушел в соседнюю квартиру, Тошка ходил за хозяйкой по пятам, но она не обращала на него внимания.
Наконец, не выдержав собственной нервозности, Саша обреченно уселась в кресло и уставилась в окно.
Глеб приехал ближе к двум. Уставшая и измученная ожиданием Александра встретила его в прихожей.
— Здравствуй, — коротко поздоровался с ней Оборский.
— Здравствуй, — неловко ответила Саша.
Они стояли в узком пространстве прихожей и не знали, что делать дальше.
— Проходи, — опомнилась Александра.
Мужчина, не разуваясь, направился в комнату.
Расположившись на диване, он потрепал по голове подбежавшего Тошку и попросил Татьяну выйти. Та понятливо кивнула и, прихватив детей, покинула квартиру, оставив бывших супругов наедине.
— Садись, Саш, — напряженно глядя на жену, проговорил Глеб, — разговор нам предстоит долгий.
Александра примостилась в кресле и уставилась на свои стиснутые руки.
Тишину комнаты нарушало лишь еле слышное тиканье часов.
