Вокруг суетились люди, оборотни быстро освободили пространство вокруг альфы Черного клана, где-то раздавались крики и шум, но Саша ничего этого не воспринимала. Она видела истекающего кровью мужа, его затухающий взгляд, направленный на нее и дикий, парализующий страх сковывал ее сердце.
— Нет, Глеб, не смей! — сипло прошептала она. — Не смей умирать, слышишь? Даже не вздумай, проклятый оборотень! Я же тебя с того света достану! Ты обещал мне, что все у нас будет хорошо! Обещал! — уже кричала она, не обращая внимания на поднимающих Оборского охранников, на Метельского, пытающегося оторвать ее от мужа, на оборотней, быстро оцепивших место происшествия, на взятую в кольцо Алину, на выпавший из ее рук пистолет… — Нет, Глеб, пожалуйста… Ты не можешь… Ты не бросишь меня… Я ведь люблю тебя… Люблю…
Последние слова девушка почти провыла, с лютой тоской наблюдая, как синеют губы мужа, как мертвенная бледность покрывает его лицо, как стекленеет взгляд теплых янтарных глаз…
— Нет, пожалуйста… Пожалуйста…
Глава 27
Темнота… Холодная темнота… Вязкий туман клубится вокруг него, поглощая волю, разум, воспоминания… Затягивая, обещая блаженное небытие, свободу от боли, забвение и покой…
Из светлеющего марева появляются тени.
Тихие, безмолвные, бестелесные… Отец, мать, слуги… Деды и прадеды… Они пришли за ним… Они здесь… Бесплотные руки тянутся обнять его, бескровные уста расцветают бледными улыбками… Они ждали… Они любят его…
Он чувствует, как истончается плоть, как становится невесомым тело, как внутри разливается потусторонний холод… Он готов уйти… Туда, к ним… К людям, по которым тосковал, к предкам, которые ждали его…
— Сынок… — слышится ему шепот бесплотного голоса.
— Ты здесь… Ты снова с нами…
Мама… Любимое лицо.
