С помощью отца, она поднялась по лестнице, а потом, Саша запомнила только блеск икон, вьющийся из кадила дым от ладана, глубокий бас протодиакона, невесомую тяжесть венца на голове и теплый медовый взгляд мужа, в котором она тонула без остатка. Заветное «да» прозвучало громко и четко под сводами храма. И Глеб, и Саша, без раздумий, произнесли самое главное слово…
После пропетого хором многолетия, все гости устремились к молодым. Все смешалось — оборотни и люди, близкие и дальние, знаменитые и не очень… Они желали супругам счастья и долгих лет жизни, на что молодожены только загадочно улыбались и украдкой обменивались понимающими взглядами…
Поздравления, поцелуи, счастливые лица оборотней, взволнованное — отца… Все это прошло мимо Саши, как в тумане.
Она держала мужа под руку, и чувствовала, что сердце готово выпрыгнуть из груди, от счастья. Они смогли! Они переступили через все свои обиды и боль, сделали шаг навстречу друг другу и стали одним целым. Оборотень и его пара.
Глеб и Александра. Чета Оборских.
В это же время в Москве.
— Костя, я не хочу никуда ехать, — капризно надула губы Алина.
— А тебя никто и не спрашивал, — грубо ответил Каяров, — умудрилась вляпаться во всю эту историю, теперь расхлебывай. Без тебя со мной и разговаривать не будут. Метельский поставил условие, я не могу приехать один.
— Они меня достали! — закричала девушка. — Я трое суток просидела в этом гребаном подвале, а теперь, им еще что-то от меня нужно! Не поеду!
— Поедешь.
Как миленькая, — прошипел Константин, — и сделаешь все, что скажут. Ты соображаешь, что нас ждет? Как тебя на месте не убили — ума не приложу. Дура малолетняя!
Мужчина схватил сестру за руку и потащил за собой. Та упиралась, но Каяров не обращал на это внимания.
— Не беси меня, — он запихнул сестру на заднее сиденье своего Порше и захлопнул дверцу.
Через пару секунд, машина сорвалась с места, но не успела проехать и нескольких метров — мощный взрыв раскидал горящие обломки по всему двору загородного особняка Каяровых.
Черный клан не прощал долгов. Законы оборотней не имели двойного прочтения — всякий, кто вознамерился забрать чужую жизнь, лишится своей.
Пять лет спустя. Канны. Франция.
Вспышки фотокамер, блеск драгоценностей, вечерние наряды дам и дорогие смокинги мужчин, белозубые улыбки и благожелательные лица.
Ежегодный кинофестиваль собрал огромное количество гостей.
