На ее стук никто не откликался. Александра тихонько приоткрыла дверь и вошла. В комнате царил полумрак, шторы были задернуты, на смятой постели лежал шелковый халат, а из-за двери ванной доносился шум воды. Девушка поставила поднос на прикроватный столик и уже собралась уходить, но тут, как назло, открылась дверь ванной, и на пороге появился хозяин.
Глеб Александрович был обнажен, лишь небольшое полотенце прикрывало бедра. Саша невольно застыла, разглядывая сильное мускулистое тело, с капельками воды на ровной, загорелой коже.
— Нравится? — услышала она издевательский вопрос Оборского.
— Простите, — Александра повернулась, чтобы уйти.
— Ты не ответила на вопрос, — лениво протянул мужчина, — и я тебя не отпускал. Так что — нравится?
— Думаю, вы и сами знаете, что довольно привлекательны, — спокойно произнесла девушка.
— Я-то знаю. Но ты так и не ответила, — продолжил Глеб Александрович.
— Нет, не нравится, — выпалила Саша, — теперь я могу идти?
В комнате воцарилась тишина. Через несколько томительных минут раздался резкий вопрос:
— Почему ты не в форме?
Александра удивленно посмотрела на мужчину.
— Я спрашиваю, почему ты не в униформе? — в голосе хозяина послышались злые нотки.
— У меня ее нет, — ровно ответила Саша.
— Можешь идти, — резко бросил Оборский, беря с комода телефон. Закрывая за собой дверь, Александра услышала властный голос мужчины:
— Алекс, почему домработница ходит по дому в каких-то лохмотьях?
Вспыхнув от унижения, девушка поторопилась спуститься вниз.
Никакие на ней не лохмотья, а вполне приличная одежда. Вот же…
На кухне она перевела дух и постаралась успокоиться. Теперь Саша понимала, о чем предупреждал ее Метельский, наказывая не спорить с хозяином. Никаких сил не хватит пререкаться с Оборским. Тяжелая, мощная волна, исходящая от мужчины, заставляла беспрекословно подчиняться ему, не пытаясь противоречить. И то, что Саша отстаивала свое мнение, обходилось ей очень дорого. Даже спустя полчаса после разговора, она никак не могла успокоить бешено колотящееся сердце…
Девушка привычно готовила обед, когда услышала короткий приказ:
— Прибери в моей комнате, там осталась грязная посуда, — Оборский стоял в дверях кухни и холодно смотрел на свою домработницу.
Саша, ставившая пирог в духовку, испуганно вздрогнула. Да, что ж такое-то?! Как они все умудряются настолько неслышно передвигаться?
Медленно распрямившись и закрыв дверцу духовки, Александра послушно отправилась выполнять указание хозяина.
