Алёнушка для босса (СИ)

Возможно, по той причине, что в детстве почти каждый мой шаг довольно сильно контролировался сначала самими родителями, а потом и бабушкой. Так что с инициативностью в личной жизни у меня всегда было туговато. И особенно ясно я это ощутила уже после окончания универа, когда начала работать, а потом, несмотря на бабушкино недовольство, начала встречаться с легкомысленным Лeшкой и забеременела. Сама жизнь потребовала от меня принимать самостоятельные решения.

Как итог... периодически я начинаю ужасно тормозить, особенно в таком состоянии, как сейчас.

Впрочем, моe затянувшееся молчание Бояров воспринимает хоть и с загадочным сарказмом, но в целом философски. Чему-то усмехается, глядя на меня, потом удивительно нежно проводит костяшками пальцев по горящей щеке.

- Знаешь... ты самая противоречивая женщина в моей жизни. Ты сводишь меня с ума, Алeн, честное слово. Если бы я знал тебя хуже, то мог бы подумать, что ты специально играешь со мной в самую популярную пикаперскую игру «горячо-холодно». Так часто и успешно заставлять меня наступать на одни и те же грабли еще не удавалось никому.

От этих слов меня бросает в еще больший жар, но кое-что в сказанном вызывает беспокойство.

- Четвертый раз? - недоумевающе моргаю я. - Что вы имеете в виду?

Бояров с показным сожалением проводит большим пальцем по моим губам.

- Ай-яй-яй... Похоже, кое-кто совершенно не усвоил урок. Придется внушение повторить и закрепить креативом.

- Подождите... подожди! Я не...

- Поздно, - шепчет мне босс прямо в рот и вдруг наваливается с такой силой, что я по инерции просто-напросто откидываюсь спиной назад на бильярдный стол.

Ощущение обрушившегося на меня тайфуна возвращается. Губы огнeм горят под терзающим их страстным поцелуем... тело неконтролируемо выгибается под умелыми ласками сильных рук... а из груди так и рвется стон жалобного женского томления.

Что же ты творишь со мной, Бояров?.. Это какое-то невероятно сладкое... сказочное.

А что... если это и правда так? Ведь он сам признался, что был пикапером...

Последняя мысль слегка отрезвляет, и я резко отворачиваю голову в сторону, прерывая умопомрачительный поцелуй. Но Бояров не прекращает жадно и настойчиво ласкать мое тело, словно и правда с ума из-за меня сошел.

Слух улавливает сквозь наше общее учащенное дыхание еле слышный хриплый шепот:

Он шепчет эти слова лихорадочно и невнятно, словно в температурном бреду.