Аленушка. Уж попала, так попала

Зариль оказалась отличной мишенью, подсунутой обманкой, которую драконы чуть не проглотили. Хорошо еще, что Садж в последний момент вернулся, забыв какой-то браслет. А ведь должен был к тому моменту улететь в Чёрные горы."

"Именно он и уловил остаточные следы вмешательства в разум невесты-драконицы. Девушку загипнотизировали и вложили приказ: наговаривать на себя, что она преступница и желает смерти Избранным.

Весь ужас ситуации заключался же в том, что, вернись Садж через несколько часов, а не сразу, и всё.

В связи с этим Зариль попросили подыграть настоящим злоумышленникам и находиться у себя, якобы под конвоем, чтобы дать настоящей злодейке поверить в собственную удачу и великолепность и заставить расслабиться, дабы совершить ошибку.

Мне обо всем этом вчера вечером поведал Ранур, забежав в гости.

У нас с ним вообще сложилась традиция — встречаться в конце трудового дня у меня в комнате, когда уже все дела переделаны, никуда не нужно спешить и никто не помешает разговору.

Прямо как семейная пара, вернувшаяся с работы, мы вместе ужинаем и позже, выпив по чашечке каде, размещаемся на диване и делимся друг с другом всем, что заметили подозрительного или узнали нового.

И сидим обязательно рядышком, Ранур меня обнимает и непременно рисует пальцем на моей ладони какие-нибудь символы или просто поглаживает.

Иногда мне даже страшно становится от того, какой зависимой я себя чувствую от него, от его настроения, от наших встреч.

А я чувствую его. Однако, всё ещё слабо. Но и это — прекрасный результат, как говорит Ранур. Обычно до образования пары, такого ни у кого не бывает вообще.

— А что? — скашивает глаза в мою сторону блондинка, выдергивая из задумчивости и мечтаний о прекрасном брюнете.

— Просто интересно, — пожимаю плечами. — Почему вы с ним раньше не виделись? Разве эльфы не приезжали, когда устраивали празднование в твою честь?

— Приезжали, конечно. Только были другие. Высокомерные и чванливые, как павлины. Честное слово, если бы у них были хвосты, они их обязательно бы распушили.

— Павлиньи хвосты у эльфов? — произношу и тут же представляю картину, нарисованную шаловливым воображением.