Альфа для строптивой

Между нами снова воцарилась тишина. Я разглядывала этого мужчину и пыталась понять, что происходит с ним и со мной. с нами. Мы шли куда-то не туда.

- Заказать завтрак в номер или хочешь спуститься в ресторан?

- В номер. Впрочем, я не есть хочу, хочу поговорить.

- Попробуй, - усмехнулся оборотень. Правый уголок рта чуть приподнялся. Но это не было похоже на прежнего Лукрецкого. Альфа казался каким-то отстраненным.

- Я подумала о том, что ты мне вчера сказал.

- И?

- Не хочу воевать с тобой, Ян.

- Хорошо, - похоже, Лукрецкий не собирался помогать мне.

- Я собрала вещи и готова переехать.

- Куда? - лицо оборотня стало заинтересованным, но всего на один миг. Если бы я так пристально не разглядывала Демьяна, не заметила перемены.

- К тебе. или куда ты сочтешь нужным меня поселить, - внезапно Лукрецкий подорвался с дивана и навис надо мной, продемонстрировав нечеловеческую скорость. Я толком фразу закончить не успела.

- Условия? - прорычал он. Все показное равнодушие вмиг слетело с мужчины.

Опираясь на подлокотники кресла, оборотень нагнулся настолько низко, что я могла ощущать его теплое дыхание на своем лице.

Мне захотелось вжаться в спинку кресла, чтобы увеличить расстояние между нами. Впрочем, так и поступила в первый момент, после чего коснулась губами его губ и невнятно произнесла:

- Без условий.

Стало больно, когда его губы накрыли мои. Лукрецкий терзал мой рот с какой-то неуемной активностью, словно, наказывал за вынужденное воздержание или еще за что-то. Словно, не мог себя контролировать.

Правда, в последнее мне не верилось. Он целовал, но больше ничего не делал. Даже руками не касался. Захотел бы взять, давно разложил на соседнем диване.

- Влада, - прошептал он, прижимаясь лбом к моему лбу и пытаясь справиться с дыханием. Я облизала искусанные губы, почувствовав на кончике языка металлический привкус, - что мне с тобой делать, девочка?

И что ответить на такой вопрос?

Вот я и промолчала. Впрочем, я уже сказала все, что собиралась. Дальше ход был за Лукрецким.

От него зависело не меньше, чем от меня, сможем ли мы наладить наши отношения и найти общий язык.

Оборотень снова наклонился и коснулся языком моих губ, кажется, зализывал ранки или просто ласкал. Черт разберет этого странного мужчину. Он снова целовал, но на этот раз более медленно и нежно.

- Что хочешь на завтрак? - спросил Лукрецкий, разрывая поцелуй и возвращаясь на диван.

«Тебя», - чуть не произнесла, прикусив истерзанную нижнюю губу.