Альфа для строптивой

- Идем? - Лукрецкий подал мне руку, которую проигнорировала.

До лифта шли в полном молчании, а вот в кабинке лифта оборотень снова притиснул к стене. Без какого-либо сексуально подтекста. Подцепил пальцами подбородок и задал вопрос:

- Почему ты позволила трахнуть себя, Влада?

- Я скучала.

Кажется, два коротких слова окончательно добили оборотня.

Мы покидали здание в полном молчании. Лукрецкий уже не спрашивал, сам завладел моей рукой и крепко сжал. Захочешь - не вырвешься. Правда, я не старалась.

Подразумевала, что ""Хижина"" - это какой-то новый ресторан.

Раньше заведения с подобным названием мне не встречалось. Я, вообще, пока ехала, успела немного осмотреться. Город изменился. Появилось больше цветов, новых магазинов и ресторанов.

Угадала, ""Хижина"" оказалась ресторанчиком. Милым и очень уютным. Похоже, принадлежавшим Лукрецкому. Потому что нас поприветствовали, назвав моего спутника по имени-отчеству и, не спрашивая, проводили в небольшой личный кабинет.

- Твой?

- Что? - переспросил оборотень, когда мы остались одни.

Официант удалился, приняв заказ.

- Ресторан принадлежит тебе?

- Не совсем. Я лишь помог с деньгами на открытие.

Мне стало любопытно. Одна навязчивая мысль не желала покидать мою голову.

- А кто хозяин?

- Хозяйка, - автоматически поправил оборотень, явно продолжая о чем-то думать. Отвечал машинально. Не уверена, что, вообще, отслеживал суть беседы.

- И кто она?

- Любовница.

- Ты что всем любовницам даришь рестораны? - взбесилась. Он только что поставил меня на один уровень с какой-то непонятной девкой.

А я-то наивно полагала, что значу для него чуть больше, чем остальные. Ведь он когда-то говорил, что пара - самое важное и ценное, что есть в жизни оборотня. Ни фига!

Схватила стоявшую на столе вазу и замахнулась. Жаль, оборотень успел перехватить руку. Но это все равно не помогло. Вода и цветы оказались на его дурной голове. Не удержалась, звонко рассмеявшись.

- Не смешно, - надулся он.

- Очень смешно, - парировала.

Мой смех разрядил обстановку.

А я для себя сделала вывод, что Лукрецкий - единственный мужчина, рядом с которым становилась настоящей истеричкой. На бывшего мужа или того же Константина мне бы в голову не пришло чем-нибудь замахнуться.

- И вот что ты опять творишь? Я ведь могу подумать, что тебе не все равно, - оборотень кое-как привел себя в порядок и пересел ко мне на диван.

- А с чего ты взял, что мне все равно?

- Это тяжелый и долгий разговор, Влада. Сейчас ни то время и место.