Надо же, совсем с катушек слетел. Вон, и охрану напугал. Почувствовали неконтролируемый выброс силы. Напряглись.
– Идите, парни, – отмахнулся от их беспокойства. – Отдохните. Я сам здесь.
Сам.
– Руслан Александрович, я спросить хотел.
Леха мялся у выхода, настороженно поглядывая в мою сторону. Видно, боится напрямую в глаза смотреть. Странно. Неужели я так его пугаю?
– Что?
– Этот Федор… Он ведь тоже за Машей следит. Не думаете, что стоит его припугнуть? Я заметил, ей не нравится с ним общаться. В последний раз она сильно расстроилась после встречи с бывшим.
Да и вообще, не пара он ей. Мутный тип.
Мутный, согласен. А учитывая его должность, еще и опасный. Не люблю людишек из органов. У нас с ними, можно сказать, классовая ненависть.
– Пока ничего предпринимать не будем, – ответил охраннику. – Не стоит привлекать к себе лишнее внимание.
– Руслан Александрович, а мы здесь надолго? – подал голос Генка.
– Посмотрим. Рассчитывайте примерно на месяц, а дальше – видно будет.
Волк рассерженно шевельнулся.
Что, зверюга? Что тебя не устраивает? Не хочешь оставлять Мари? Глупости. Месяца нам с тобой вполне хватит, чтобы насладиться девочкой. А потом… Потом она нам надоест, и я с легкостью выкину ее из головы. И снова смогу заниматься делами, не отвлекаясь на ненужные и нелепые чувства. Да. Именно так. Месяц – и я снова буду свободен.
Решено.
Глава 10
Будильник… Мой персональный враг и мучитель. Как же я ненавижу его противный писк!
Правда, он единственный способен вырвать меня из объятий сна.
Ни сотовый, ни электронные часы, ни доставшиеся от бабы Кати древние ходики с кукушкой – ничто не в силах разбудить меня, когда за окном фактически ночь. Не, ну не утро же? Шесть часов, а темно так, как будто час пополуночи. И спать хочется просто нереально.
Никогда не была соней, но, походу, малыш у меня тот еще сплюшка. Это единственное оправдание, которое я могла придумать, каждое утро с трудом поднимаясь с постели.
Вот и сегодня, выйдя из дома, все еще продолжала зевать и поеживаться под порывами промозглого ветра.
Мимо спешили прохожие, медленно проезжали машины, застрявшие в обычной утренней пробке, повсюду кипела жизнь. А я никак не могла до конца проснуться.
– Маш, садись, подвезу, – услышала голос Федора и только потом заметила остановившуюся рядом со мной машину.
– Я на автобусе, – отказалась, с сожалением покачав головой.
– Садись, говорю, – настаивал Федька. – Мне все равно в твою сторону нужно.
