– А откуда вы знали Катерину Васильевну? – не смогла удержаться от закономерного вопроса.
– Это долгая история, – ответил Богдан.
Он коснулся массивного перстня и окинул меня задумчивым взглядом.
– Знаете, Мари, мы с ней и виделись-то всего пару раз. Но я ее хорошо запомнил. Ее нельзя было не запомнить, – медленно произнес Елецкий. – Вам никогда не говорили, что вы очень на нее похожи?
– Говорили, – кивнула я.
У нас в семье даже шутка была, что я самый настоящий бабушкин клон, только вот характером не в нее пошла.
Ну, это я так думала, что не в нее. Сама бабуля только посмеивалась на мои возражения.
«Погоди, Маруся, – говорила она. – Вот, как войдешь в возраст, тогда и посмотрим».
Да. Катерина Васильевна у нас была дама, как она сама любила говорить, с принципами. Никогда не сдавалась. На ней вся семья держалась. После развода родителей бабушка взяла наше с Таткой воспитание в свои руки, загрузив всевозможными заданиями и кружками. Тогда же и в музыкалку меня записала. Да и маме не дала окончательно в депрессию уйти.
«Не кисни, Софочка, – приказывала она дочери. – Ушел – и скатертью дорога! Тебе есть ради чего жить. Вон, девчонки у тебя какие! Поблагодари своего Сережу за них, да и отпусти его с миром. И сердце не рви».
Жаль, мама не смогла последовать ее советам. Мучилась, плакала по ночам, пыталась вызнать подробности нового папиного брака. Долгие годы не могла простить. Так и загубила себя. Не выдержало сердце-то.
А бабушка… А бабушка пережила и это. И нам не позволила погрузиться в отчаяние.
Я невольно улыбнулась, вспомнив бабу Катю. Замечательная она была. Добрая, по-своему. И красивая. Всегда аккуратно одета – непременные белые воротнички, носочки, шляпки, – спина прямая, даже в неполные девяносто, волосы уложены в красивую прическу.
Если бы не ее усилившаяся в старости паранойя…
Я усмехнулась, вспомнив бабулины закидоны.
Катерина Васильевна почему-то была твердо убеждена, что за ней следят. И тщательно закрывалась на многочисленные замки и запоры.
И меня все время предупреждала, чтобы не общалась с незнакомцами.
– Вы никогда не задумывались, почему Екатерина Васильевна завещала все свое имущество вам одной? – прервал мои воспоминания Богдан.
Ну как не задумывалась? Задумывалась. Но Татка сказала, что это справедливо, и она не в претензии. Ей и так досталась просторная родительская квартира. Да и у Гошки дела хорошо шли, не бедствовали они с Натуськой.
Так что, бабушкина воля нас не удивила.
