Альфа-псих

Но, конечно, никакой магии, просто он не проглотил свой шот и выплюнул мне его в стакан через трубочку. Махинатор.

— Заниматься консумацией сложнее, чем в людей стрелять, Лиза? — неожиданно зло прорычал Бес.

— Ты убивал людей? — снова задрожала я, оглядывая его татуированные руки.

— На этой неделе нет, — криво усмехнулся Бес, и поди догадайся, это его дурацкая шутка или он вовсе не шутит.

У Беса и кроме его мускулистых татуированных рук и серых глаз было на что посмотреть. Его футболка-поло, хоть и была из плотной ткани, но и под ней было видно очертания его мышц груди, узкую талию, и, если меня не подводит зрение, у него даже продольная мышца живота прокачана.

А это одна из самых трудно поддающихся тренировке мышц.

Но даже не его тренированное тело вызывало легкий трепет, а то, что он выглядел сегодня иначе, чем две наших встречи до этого. Быть может, у меня мышление уроженки маленького города, но, кажется, Бес сегодня какой-то нарядный. Наши пацаны тоже в повседневной жизни носили неброскую одежду, а на выход все как на подбор щеголяли в красивых шмотках, зачастую купленных специально.

Макар снова отвернулся к бармену, и я, как мне казалось, безнаказанно могла его разглядывать. Его профиль, подсвеченный голубым цветом неона, был как с обложки модного журнала. И если черты его лица я уже и до этого все заценила, то длинные ресницы заметила только сейчас.

Пока Бес разговаривал с барменом, я решила улизнуть. Медленно разворачиваясь на стуле, была уверена, что легко сбегу, но как только попыталась встать, ладонь Макара легла мне на бедро.

А лапа у него будь здоров! Крепкая, широкая с длинными, как у пианиста, пальцами. Он не делал мне больно, но внутри все равно все сжалось от страха и вновь полыхнуло огнем в животе, как пожар в сухом лесу распространившись по телу. И, конечно, я уже чувствую, как горит мое лицо. На инстинктах самосохранения я уперлась в его руку своей, пытаясь убрать от себя опасную и наглую конечность.

— Ты идешь со мной, — наклонившись к моему уху, сказал Бес так спокойно, словно это вопрос уже решенный, причем обоюдно.

— Я работаю на баре, — как обычно корректно хотела я отказать, избегая слишком обидных слов.

Хотя меня сейчас больше беспокоила его близость и горячая рука на моем бедре. Ни в какую не сдвигающаяся с места, сколько бы я ее ни толкала.

— Закажешь свои стаканы в випку, хоть сотню, — снова в его голосе ни малейшего намека на сомнения.