А ты явилась ко мне в человеческом облике. Если меня так легко вытащила из джипа, который мог взорваться в любую минуту, значит, в тебе есть невидимая сила. Говорят же, что в любом из нас есть как добро, так и зло. Происходит вечная борьба ангела-хранителя с чёртом. Я не скрываю, что неправедно жил, совершал злодеяния, и от этого ликовал чёрт. Я находился в его власти. И вот появилась ты и прогнала чёрта. Я так тебе благодарен! У тебя храброе и доброе сердце. Что-то меня на философию потянуло. Ты ещё не устала?
— Нет.
Ты очень интересно говоришь. А что произошло? Почему ты ехал на такой большой скорости?
— Мне перерезали тормозные шланги, — мужчина тут же изменился в лице.
— Как?
— С этим разберусь позже. Я люблю быстро ездить, тем более машина очень даже скоростная. Погода хорошая. В такую погоду люблю погонять. Разогнался и почувствовал, что тормозов нет. Старался хоть как-то скорость снизить. А затем, смотрю, прямо по лесной дороге девушка идёт. Я глаза потёр, думал, померещилось, и в дерево въехал.
Пока мы ждали «скорую», Вадим сделал несколько звонков, грозно повторяя одно и то же: ему перерезали тормозные шланги и как только он оклемается, то уроет всех к чёртовой матери. Когда он пытался повысить голос, тут же хватался за голову и морщился от боли.
— Было бы лучше, если бы ты сейчас не нервничал, — старалась убедить его я, заметив, как в нём нарастает приступ агрессии. — Пусть тебя врачи посмотрят.
К нам подъехали два джипа.
— Кто это? — удивлённо спросила я.
— Мои ребята. Я им позвонил, сказал, чтобы срочно к нам ехали, а то в ожидании «скорой» можно сойти с ума.
Через несколько минут подъехала «скорая». Вадиму перевязали голову и сделали обезболивающий укол. От госпитализации он сразу отказался и, услышав от врачей, что ничего особо страшного у него нет, достал из кармана сигарету и закурил, вопреки уговорам медиков, которые в один голос говорили о том, что ему требуется постельный режим.
— Да что ж мне теперь, не курить, что ли? — возмущению мужчины не было предела.
— Вам не только курить нельзя, но и лежать надо, — укоризненно отвечали медики.
— На том свете отлежимся, а пока живём, нужно двигаться. Движение — это жизнь.
— Вадим, можно я доеду с тобой до Москвы? — на всякий случай спросила я, когда он подошёл к одному из джипов.
— Лара, понятное дело, я тебя в лесу не оставлю, — изумлённо ответил он. — Садись в машину. Я тебя слишком долго искал, чтобы взять вот так и отпустить.
