Альянс Нерушимый

После Амилы я побывал в гостях у Маре, где отношения между Кораблем и командиром были гораздо спокойней и выдержаннее — что называется, в рамках должностных обязанностей. Поздравив капитана второго ранга Кузьмина-Короваева с космическим боевым крещением и осведомившись насчет жалоб и просьб, услышал в ответ, что никаких проблем ни у Маре, ни у Валериана Львовича не имеется. Мол, притерлись они друг к другу как два сапога, левый и правый. И в самом деле: и суицидальные побуждения у господина капитана второго ранга пропали напрочь, да и желания вернуться к родным осинам тоже не видно.

Хотя, сказать честно, обстановка на борту у Амилы мне понравилась больше. Впрочем, это я сам положил подобное к подобному, и получил в одном месте одно, а в другом другое.

И в самую последнюю очередь я прибыл на борт к Лилу. И первое, что мне там бросилось в глаза — кавторанг Балк сбрил свою роскошную черную бороду, оставив только короткие «английские» усы. Выглядит он теперь посвежевшим и даже помолодевшим и я, кажется, догадываюсь, кто стал причиной такого превращения.

Конечно же, это корабельный медик магиня жизни по имени Лора, и тоже из бывших мамочек, ласковая умница и роскошная красавица (на племя люди Иеремии Джонсона отбирали только самых-самых красивых, умных и здоровых). А еще она родила для демона десять детей, но счастья материнства так и не испытала, ибо младенцев у нее сразу же отбирали, передавая кормилицам-негритянкам. Мы сняли ее прямо с поезда, везущего очередную порцию говорящего мяса на центральную женскую бойню в Шайнин-сити, в Тридесятом царстве ее вылечили от всех болячек и омолодили, попутно внедрив в сознание наш русский культурный код, заполнивший внутреннюю пустоту.

После этого Лору распределили сначала на «Неумолимый», на стажировку и гипнопедическое обучение, и только потом перевели к Лилу. Тут она обратила весь свой нерастраченный материнский пыл на сибх, на Лилу, за процессом омоложения которой ей было поручено наблюдать, и еще на своего командира, ведь, с точки зрения женщин, мы, мужчины, это большие дети, только игрушки у нас стали тяжелее и опаснее.

Впрочем, и Сергей Захарович оказался на высоте. Увидев первый испуганный взгляд медички, брошенный на его черную растрепанную бороду, он вспомнил мой краткий рассказ о Царстве Света, пошел к себе в каюту и под корень истребил у себя на лице лохматое украшение.