Альянс Нерушимый

А то могло бы получиться нехорошо: японцы бьют очередные горшки на американской кухне в то самое время, когда президент Рузвельт находится у меня в гостях. Не по фэншую это было бы, не по-мужски.

И вот утром следующего дня, когда над белодомовской лужайкой завис представительский челнок с «Неумолимого», всем в Америке стало ясно, куда именно намылился их любимый Фрэнки. Я прибыл за дорогим гостем лично, не взяв с собой ни эскортного штурм-батальона, ни истребительного сопровождения. Такая помпезность была лишней и прямо вредной.

Старый слуга-филиппинец подкатил к аппарели инвалидное кресло-каталку, дюжая бойцовая остроухая в полной экипировке легко, как ребенка, подхватила хворого американского президента, пересаживая в парящее антигравитационное кресло аналогичного назначения, а потом легко, двумя пальчиками, повела это девайс к раскрытому люку челнока, где мистера Рузвельта ожидал уже я, своею собственной персоной. И первая леди Элеонора Рузвельт, уныло, как на Голгофу, пошла за ними следом. Было видно, что боится она этого визита, и в то же время не может ослушаться мужа, а все потому, что про меня и мое государство в американском «обществе» говорят разное, в основном врут с три короба, по американскому народному обычаю.

— Добрый день, мистер президент, — поздоровался я, — очень рад, что вы приняли мое приглашение.

— Добрый день, мистер Серегин, — ответил мой визави, — ваше приглашение было сложно не принять.

Думаю, что чем скорее мы урегулируем все наши вопросы, тем будет лучше.

— Разумеется, мистер президент, — сказал я. — Добро пожаловать на борт. И вы, миссис Элеонора, проходите тоже, не бойтесь и не стесняйтесь. У нас вас не обидят ни словом, ни делом.

А дальше все было как обычно: взлет, стремительный набор высоты выше уровня облаков, переход через портал в мир Содома и посадка на Площади Фонтана в Тридесятом Царстве. И, конечно же, дорогого гостя ожидал почетный караул.

С одной стороны красной дорожки бойцовые остроухие ветеранши, с другой — герои битвы за освобожденную Белостокскую зону. А сразу после завершения официальных церемоний я предал чету Рузвельтов в опытные руки капитана Максимовой и озорницы Лилии, напоследок посоветовав ничего не бояться и ничему не удивляться. Мол, для хороших людей посещение Тридесятого царства всегда начинается с госпиталя, и это правило не было еще нарушено ни разу.