Альянс Нерушимый

— Да, — печально сказала моя супруга, — лучше бы я не задавала этого вопроса, по крайней мере, здесь и сейчас. Наша приемная дочь так расстроилась, что готова удариться в слезы.

— Ольга Владимировна не только юная девушка, но еще и правящая императрица, а потому имеет право знать причины постигшей ее беды, — жестким тоном произнес я. — Урок номер один для любого монарха — оскорбительное пренебрежение еще никого и никогда не доводило до добра. И хоть до совершеннолетия нашей приемной дочери тамошним русским государством управляет Регентский совет, за ней остается право неотменяемого вето, которое я готов поддержать всей своей мощью и авторитетом.

Безвольной куклой-марионеткой на троне она не будет, это я обещаю с гарантией.

— Спасибо вам за все, Сергей Сергеевич, — всхлипнула юная императрица. — Вы были очень жестоки, когда говорили, что Папа и Мама сами привели нас к этому ужасу, но при этом совершенно честны. А еще вы пообещали, что я не стану игрушкой в руках господина Маринина и иных прочих, а я уже знаю от госпожи Анны и госпожи Кобры, что ваше слово так же надежно, как вексель госбанка.

— В нашей семье, невзирая на возраст и пол, тебе всегда скажут правду в глаза и никогда не бросят в беде, — ответил я. — Кроме этого, должен сказать, что мой гнев был направлен не против твоих родителей, а против тех, кто давал им дурацкие и прямо злобные советы. Урок номер два для монарха — окружение всегда стремится заключить своего господина и повелителя в коробочку, отсечь его от независимой информации из мира за стенами дворца, чтобы иметь возможность представлять все события и явления в нужном им свете.

Явление это было известно достаточно давно; обнаружив такой контроль, арабские халифы и турецкие султаны без всякой пощады рубили головы своим визирям. Европейские государи были погуманнее, но и у них министры то и дело вылетали в отставку и опалу, а иногда дело доходило и до плахи. Петр Великий, к примеру, обнаружив обман по мелочи, лупил своих соратников палкой, а если вскрывалась какая-нибудь измена, казнил виновных смертию.

— Я не просто запомню ваши слова, а запишу их у себя на манжетах, — сказала моя приемная дочь. — А теперь, Сергей Сергеевич, будьте добры представить мне членов своей семьи. Вашу супругу я уже знаю, но скажите, кто эти пять молодых женщин? На служанок в вашем доме, на мой взгляд, они совершенно не похожи.

— Во-первых, — сказал я, — мою супругу тоже стоит представить полным порядком.