– Поделишься?
– Позже. Пока это только мои предположения, а я привык, чтобы они были подкреплены подтверждениями, – вполне серьезно ответил Стас, но в его глазах сверкнул веселый огонек.
За разговорами время пролетело быстро, и полковники не успели заметить, как оказались в управлении.
– Я на доклад к Орлову, а ты пока нарой всю информацию про Альбину, про Соболева, про партнеров Розенберга; в общем, сам знаешь, что делать. – Лев посмотрел на часы: – Через полчаса встречаемся в кабинете.
– Слушаюсь, товарищ полковник! – театрально ответил Стас, но Гуров только кивнул и пошел по коридору в направлении кабинета начальника.
– Ну, что, чем порадуешь, Лев Иванович? Есть какие-нибудь наработки? Разговаривал с вдовой убитого? – Генерал сыпал вопросами, как из автомата, не давая Гурову вставить хотя бы слово. – Убийство любовницы и убийство бизнесмена как-то связаны между собой?
– Ответ на какой вопрос вас интересует больше всего, товарищ генерал?
– На все, Лева, на все!
– Тогда начну по порядку.
Вы позволите? – кивнул на стул Гуров.
– Присаживайся и рассказывай, – разрешил Орлов.
После того как Гуров отчитался генералу о проведенной работе, тот спросил:
– Из всего вышесказанного я делаю выводы, что расследование пока не продвинулась ни на шаг. Пока только одни предположения. Не подскажешь, что докладывать начальству, которое, кстати, уже звонило несколько раз и интересовалось, кто на данный момент является главным подозреваемым? А если я правильно понял, его имя ты сейчас не готов назвать.
– Правильно понимаете, товарищ генерал. Только позволю себе напомнить, что времени прошло очень мало, а объем работы очень большой. Розенберг этот был не простым гражданином, а известной личностью во многих кругах, следовательно, и круг знакомств у него слишком обширный, чтобы за несколько часов можно было сузить его до минимального количества.
– Мне ли тебе напоминать, Лева, что, если преступление не раскрыть по горячим следам, оно обещает стать еще одним «висяком». А этого мы допустить не можем. Сам понимаешь, дело непростое, значит, и контроль над ним будет будь здоров. Соответственно выражение, что отрицательный результат – тоже результат, сейчас работает против нас.
