Рычу, и тянусь к ней, сминая ее сладкие губы в поцелуе, но рабыня лишь вскрикивает и бьет меня по плечам. Снова вода. Много прозрачной воды из ее глаз заставляют меня отстраниться.
– Не надо, не так, прошу! Я не хочу так!
Ставлю руки по обе стороны от ее головы. До чего же красивая.
– А как, скажи мне, как ты хочешь? Почему у тебя все время вода льется из глаз?
– Это не вода. Это слезы! Я плачу, потому что мне больно. Тут болит!
Кулаком бьет по груди. Туда, где и у меня болит уже с недавнего времени.
– Саназ, я хочу тебя.
Но не хочу больше делать больно.
– Ты уже сделал мне больно! Больнее этого уже быть ничего не может!
Хватаю ее за плечи. Не могу сдержаться. Эта глупая человечка выводит меня из себя.
– Успокойся! Хватит мне перечить!
Не слышит она. Вода из ее глаз льется сильнее.
– Ты только приказывать можешь. Ах да, я забыла. Я же простая рабыня для тебя. Бесправная зверушка.
– Да. Ты моя рабыня, и я буду делать с тобой все, что пожелаю. Ты будешь слушаться меня, или умрешь.
– Так делай! Делай, что хочешь со мной! Хочешь, убей, хочешь, снова изнасилуй ни за что! Тебе так лучше станет, лучше? Скажи Алихан?!
Разжимаю руки.
Провожу ладонью по ее лицу, собирая слезы. Дрожит вся, часто дышит. Эта человечка провоцирует у меня чувства, которых я раньше никогда не испытывал, и почему-то мне больше не хочется ее ломать.
– Ложись спать, шариха. Хватит трястись. Я не трону тебя сегодня. Ты сама ко мне придешь.
Выхожу из комнаты, громко хлопая дверью. Если еще на секунду б там остался, я бы овладел ею снова так, как сам того хотел.
Купаясь в ее крови и выбивая из красивого тела упрямый дух.
Глава 22
Кажется, проходит неделя с того момента, как жестокий демон Тегерана терзает мое тело, а после снова почему-то оставляет в живых. Я вовсе не понимаю его решений. Я не знаю, чего ожидать от него в следующий миг."
"Моя спина уже зажила, и теперь я могу выходить на улицу, не чувствуя при этом постоянной адской боли, которую ощущала в первую ночь после зверства демона.
Я плохо помню ее, так как боль была настолько сильной, что не давала мне ни о чем думать, кроме нее. Единственное помню, что в ту ночь со мной был кто-то рядом, однако я не знаю, кто именно.
Стук в дверь заставляет вскочить с кровати. Что-то я не помню, чтобы ко мне хоть кто-то стучал.
Ранила заглядывает в комнату.
– Вы не спите?
– Нет.
Она проходит внутрь, держа в руках большую плетеную корзинку.
– Что это?
– Фрукты.
Не могу поверить в это.
