Алиса для миллионера. Ты будешь моей...

- очень прямолинейно с её стороны.

- Это вы по себе судите?

Не всегда выходит вовремя закрыть рот. Наумов начинает хохотать.

- Моя девочка! - неожиданно целует в щёку.

- И долго буду терпеть твои выходки? - обращается к нему отец.

- Вообще-то я лишь представил свою жену, а вы устроили ей допрос с пристрастием. - теперь и Макс злится. - К чему это всё? Вы не верите в наши чувства? Так мне абсолютно фиолетово. - продолжает грубить. - Или вас пугает то, что компания теперь по завещанию принадлежит мне?

Виталий Алексеевич резко встаёт, его стул с грохотом падает на пол.

- Ты ещё не получил её.

- Дело нескольких месяцев.

- Не стыдно так разговаривать с родителями? - встревает в разговор Денис.

- А ты вообще заткнись! Решил приехать на всё готовое. Выжидал пока бабушка умрёт, чтобы свою часть потребовать. Стервятник! - срывается Наумов. - Я единственный о ней заботился. Уделял время. Не спал ночами, когда ей было плохо. Кормил, когда отказывалась есть. Вы все брезговали возиться со старухой. Так ты называла мою бабушку, Маргарита? Вы подумывали отправить её в дом престарелых.

- Я не собирался отправлять маму в дом престарелых.

- Ну да, я же большой выдумщик. Нафантазировал ваш с этой тварью, - указывает на мачеху. - разговор в твоём кабинете.

- Ты неправильно всё понял.

- Чтобы ты не сказал, не поверю. Бабуля потому и признавала только меня, а вас всегда прогоняла. После смерти мамы, она была единственным человеком, кому на меня было не плевать.

Крепко держу Макса. Смотря на него, мне хочется плакать. Сколько боли в каждой фразе. Чувствую его дрожь.

- Я тоже заботился о тебе.

- Кувыркаясь в постели с молодой женой?

Виталий Алексеевич не выдерживается и бросается на сына. Сейчас подерутся.

Мужчина в два больших шага оказывается около нас, намереваясь ударить его. Но я закрываю Макса собой. Виталий Алексеевич успевает остановить кулак прямо у меня перед лицом.

Вздрагиваю, но не опускаю голову, показывая, что не позволю тронуть своего мужа.

- Не смейте! - выставляю руки вперёд, не давая отцу Наумова подойти ближе.

- Чего ухмыляешься? - спрашивает сына.

- Твоя бы тебя ни за что не прикрыла.

Я поднимаю на него взгляд и вижу гордость в красивых глазах.

- В отличие от тебя, в выборе женщины не ошибся. Алиса готова встать на мою защиту, хотя в два раза меньше меня. А твоя за происходящим наблюдала с улыбкой. Её цель стравить нас, но ты этого не видишь.