Алиса и сыщики

Алисочка, крохотулечка, поймай, пожалуйста, жабочку. Ведь ты не боишься жаб?

— Не боюсь, — улыбнулась Алиса. Оказывается, когда комиссару что-то нужно, у него даже голос меняется.

Она обежала пруд, пробралась сквозь прибрежные кусты и погналась за жабой, которая сидела, держась за глаз, но при виде Алисы тяжело запрыгала прочь.

Удивительный человек этот Милодар, думала Алиса. Ведь если водяной — оборотень, то тогда Алисе может грозить опасность. Вот превратится сейчас жаба снова в водяного и перекусит Алису пополам… Алиса даже замерла, не решаясь схватить жабу.

Это сделал за нее папа. Видно, его посетили такие же мысли. Профессор Селезнев догнал Алису. Он не хотел, чтобы водяной перекусывал его дочь пополам.

— Зря испугались! — закричал с того берега Милодар. — Вы у меня все под прицелом. Если бы он сожрал Алисочку, ему бы не поздоровилось.

— С некоторым опозданием, — заметил Селезнев, которому Милодар не нравился. Профессор не выносил хвастунов. А ведь, несмотря на многие положительные качества, в Милодаре немало хвастовства и фанфаронства.

Селезнев держал жабу двумя пальцами за шею. Она опустила ноги и висела неподвижно.

— И каково ваше мнение, профессор? — спросил Милодар.

— Мое мнение, что это самая обыкновенная жаба.

Тогда Милодар обернулся к Алеше и приказал:

— А ну, чемпионы, попробуем еще раз!

Женщина-сержант предложила:

— Давайте я поднимусь на флаере. Сверху виднее.

— Подожди, может, все-таки мы его выманим.

Следующей стреляла хрупкая До Ди Джо.

Ее шарик также вонзился в воду, но никто оттуда не выпрыгнул.

— Не надо поднимать флаер в воздух, — сказал тогда Милодар. — Я сам посмотрю.

Он грустно вздохнул и признался:

— Ненавижу холодную воду.

После этого Милодар пошел к пруду и шаг за шагом, раздвигая стебли осоки, погрузился сначала по пояс, потом по шею, потом с головой. И гладь пруда даже не шелохнулась.

— Что он делает? — воскликнула До Ди Джо. — Он же простудится! Его загрызет чудовище!

«Странная женщина, — подумала Алиса. — Сначала думает о простуде, а только потом о смерти».

Но Алиса, в отличие от остальных, совершенно не боялась за нос и горло Милодара. Ведь в пруд пошел не сам комиссар, который спокойно сидит у себя в кабинете под ледовым щитом Антарктиды, а его голограмма, которая не может простудиться. И вообще не было никакой нужды стрелять по воде из рогатки и мучить несчастную жабу, которой грозит остаться без глаза, если ты можешь отправить на разведку свою голограмму.

Милодара не было минуты две.