Мы наблюдаем за тобой, мы взяли тебя в новое измерение, чтобы установить более мощный контроль над твоим умом, чем тот, который возможен на земном плане. Мы делаем свои мысли твоими мыслями, проецируя их в твое сознание. Запомни: мои мысли – твои мысли!
Джордан говорил не терпящим возражений тоном на языке скрытых смыслов. Он проверил крепление фиксаторов на моих руках и ногах и обратился к молодому сотруднику:
– Я должен заложить в нее средство к существованию в виде создания послушной шлюхи для работы на нас.
Если говорить о создании шлюх, то переход от рутинной жизни к работе может происходить через обработку на тему пришельцев.
– Да, эта тема весьма перспективна для обеспечения программирования ее сознания, – согласился блондин. – Я сейчас подготовлю ее, заложу основу, задам установку для управления умом, убеждениями и восприятием. А дальше ты продолжишь программировать сам, это уже твоя работа.
Сотрудник попросил Джордана принести ему журнал исследований и шоковую установку, а сам переключил свое внимание на меня.
Он гипнотическим тоном велел мне расслабиться и в точности следовать его командам. Я отключилась и практически не помнила, как он ввел в мое подсознание кодовое слово, вернее, словосочетание на русском языке – «Бесконечные измерения». Конечно, я не знала, что закодирована, и понятия не имела, на какие действия подтолкнет меня это словосочетание.
Слегка очнулась я, когда блондин говорил Джордану:
– У нее не идеальная внушаемость. Думаю, она нам не подойдет.
– Я предварительно тестировал ее и не нашел никаких ограничений, – не согласился Джордан.
– Сделаем свою часть работы, затем передадим другим специалистам. Потом решим, годна ли она быть рабыней под нашим контролем.
Дальнейший порядок приведения моего сознания под тотальный контроль соответствовал требованиям проекта ""Монарх"". Использовались физические и психические травмы; лишение сна, еды, воды; воздействие электрическим током высокого напряжения; гипнотическое и звуковое воздействие, которое было связано с многочасовым прослушиванием через наушники однообразных звуковых записей.
При этом меня били электрошокером, если я пыталась снять наушники. Иногда программирование проводилось с шумами в одно ухо и произнесением фраз в другое.
Меня погружали в гипнотическое состояние и подвергали воздействию различных гармонических тонов, обычно разных для одного и другого уха, ставили перед вспыхивающим стробоскопом, вызывающим состояние ""зависания"" ума.
